— Это я уже понял, но откуда здесь взялись «стелс»-«вертикалки»? Во всей округе — ни одного крупного корабля, а ведь авианосец наш фазиро­ванный радар засек бы километров за четыреста.

Игорь активировал лазерно-кодовую систему связи между самолетами пары.

— Внимание, две воздушных цели по пеленгу двести семьдесят. Цель — «чужой»! Сопровожда­ем. — Звуковые волны голоса летчика, воспри­нятые ларингофонами гермошлема, были пере­кодированы в цифровой пакет и «выстрелены» микросекундным импульсом лазера небольшой мощности в приемник ведущего истребителя-бомбардировщика. Там они подверглись обратной процедуре дешифровки.

— «Чайка-2», вас понял.

— Вполне возможно, что это могла быть под­водная лодка «Огайо», переоборудованная под носитель самолетов вертикального взлета и по­садки, — продолжил цепь рассуждений Игорь.

— Все гораздо проще, Игореха! — Сашка Смирнов клацнул клавишами, меняя режим обзо­ра бортового ФАР-локатора. Отклоненный разно­стью фаз радиолуч пробежался по горизонту. — Наблюдаю среднетоннажное судно на удалении Двести пятьдесят. Вслед за ним движется контей­неровоз.

— Но я их тоже засек, так это ж граждан­ски... — начал, было, Игорь.

— Не спеши. По-моему, это ледокол береговой обороны, который ведет проводку судна, и от­нюдь не гражданского. Хотя по виду оно все же напоминает контейнеровоз... Стоп! — Штурмана осенило. Он быстро затребовал информацию со спутников разведки. На вспомогательном дисплее появился набор спутниковых фотографий, сделан­ных в разных диапазонах: локаторном, тепловом, визуальном. Он выбрал две картинки и совместил их. Потом ввел программу фотокоррекции, укруп­няя изображение и отсеивая «зерна». — Есть! Это ледокол береговой охраны «Хили», который осу­ществляет проводку и сопровождение многоцеле­вого учебного корабля «Аргус» Королевских ВМС Великобритании! Трое суток назад наш спутник засек их в Море Баффина.

— Но на нем же базируются только верто­леты?

— Ну, значит, они его доработали! Что, коман­дир, нанесем визит вежливости? — В глазах капи­тана Смирнова загорелись огоньки охотничьего азарта.

— Штурман, — скомандовал Игорь Чайка. — За­бивай цифровой информационный пакет и сбра­сывай буй сверхдлинноволновой связи.

— Есть!

— Рассчитай курс выхода на цель и маршрут отхода. Работаем!

— Понял, командир!

Пара краснозвездных истребителей-бомбардировщиков слитно легла на крыло в широком раз­машистом развороте, одновременно снижаясь на малую высоту. Ведомый в точности повторил ма­невр ведущего пары. Все происходило в режиме полного радиомолчания.

А на волнах закачался небольшой, размером с футбольный мяч, красно-белый полосатый ра­диобуй. Погруженная в воду антенна передала ко­роткое сообщение на сверхдлинных волнах, для которых не были преградой ни водная толща, ни огромные расстояния, ни даже кривизна земной поверхности. Выполнив свою задачу, буй булькнул и пошел ко дну.

В центральном посту подводного атомного крейсера ТК-20 «Северсталь» сыграли боевую тре­вогу, а командир Вячеслав Славин получил из рук радиста бланк радиограммы: «В точке с коорди­натами... обнаружен ледокол береговой охраны США, эскортирующий авиатранспортный корабль «Аргус» ВМС Великобритании».

— Штурман, рассчитать выход на цель! Экипа­жу доложить о готовности к учебной атаке цели!

Сообщение с «Северстали» было передано двум многоцелевым АПЛ класса «Гепард», патрули­рующим просторы Северного Ледовитого океана. Вместе с тяжелым подводным авианесущим крей­сером они начали «охоту» за «Аргусом» и амери­канским ледоколом Береговой обороны.

* * *

Пара истребителей-бомбардировщиков Су-34ПЛ огненными стрелами мчалась над самыми гребня­ми волн, между небом и морем. В каких-то десяти метрах перекатывались свинцовые с прозеленью воды Норвежского моря, проносились белые пят­на льдин. В кабине головного ударного самолета, бешено мчащегося над водой, штурман-оператор Александр Смирнов монотонно читал показания лазерного высотомера:

— Одиннадцать метров, девять метров, восемь, десять, так держать, командир. Цель на пеленге двести тридцать. Удаление триста.

— Понял.

Капитан Игорь Чайка, управляющий много­тонной крылатой машиной, до рези в глазах всматривался вперед, где черной точкой появи­лась цель. Турбулентные потоки у поверхности моря раскачивали тяжелую машину, летчику стои­ло больших усилий удерживать бомбардировщик на курсе. Малейшая неточность в пилотировании, и море с глухим всплеском навсегда примет эки­паж в свои стылые объятия.

Русские истребители-бомбардировщики не­слись на бреющем полете, плазмогенераторы скрывали их непроницаемой пеленой от лучей локаторов обнаружения. Но все же скрыть тепло­вой след работающих двигателей и инверсион­ные шлейфы было невозможно.

Над «Аргусом» и американским военным ле­доколом расцвели фейерверки ложных целей, воздух засеребрился от фольги дипольных отра­жателей.

— Цель ставит помехи, — доложил штурман. — Включаю режим селекции помех.

Радиолокатор бомбардировщика сканировал местность, а бортовая ЭВМ, обрабатывая данные РЛС [18] , убирала ложные «засветки». На многофунк­циональном индикаторе лобового стекла сквозь «светлячки» ложных сигналов проступили зеле­новатые светящиеся метки целей. Информация от радиолокатора Су-34ПЛ и со спутников орби­тальной группировки ГЛОНАСС обрабатывалась мощным бортовым вычислительным комплексом.