— А, что?

— Да успокойся, — зевнул Шурик. — Лодка всплывает.

— О, значит прибыли. Хоть посмотрим на са­мую северную из русских земель, — отозвался со второго яруса командир второго экипажа Су-34ПЛ старший лейтенант Николай Синельников.

— И не только посмотрим, но и пройдемся!

— Ага, держи карман шире... В локатор ты на нее полюбуешься, и то, если старпом очередной приборкой не замахает.

Тяжелый атомный авианесущий подводный крейсер драили всем экипажем. Ответственным по проведению авральных работ назначался старпом, который и так был настоящим апологетом чисто­ты. И при всей своей строгости говорил он тихо, почти интеллигентно, правда, в его речи про­скальзывали такие морские выражения и сравне­ния, что, казалось, сама лодка краснеет от стыда.

А вот боцман свою луженую глотку не жалел и во второй части «марлезонского балета» злобно хрипел на нерадивых матросов.

Вообще казалось, что смысл существования команды — это наведение непрерывной чистоты

и блеска. В принципе, так оно и было. Палубы драили пять раз с мылом! Матрос после дембеля будет поддерживать образцовую чистоту, где бы он ни жил, а по ночам — просыпаться от при­снившегося окрика боцмана: «Переделать! Еклмн!»

Летчики также выдраивали помещения на­равне со всеми. Хотя официально летный состав освобождался от приборок и авралов. Но не по- людски как-то получилось бы, если б «летуны» умыли руки на этом. Моряки прекрасно их по­нимали и ценили помощь, хоть и подтрунивали. «Летуны», впрочем, в долгу не оставались. И даже боцман серьезных замечаний им не делал, да и старались мужики, как все.

— А мне девушки снились, — несколько рас­терянно сказал Игорь.

— Ага, еще бы! — Шурик не упустил случая «подколоть» друга. — Небось наяды какие-нибудь или русалки. Вон, одеяло до сих пор дыбом стоит.

— Да отвали ты... — под общий смех отмах­нулся Игорь.

Включилась корабельная трансляция: «Коман­дирам боевых частей срочно явиться в централь­ный пост».

— О, ну все, ребята, я побежал. — Чайка на ходу натянул на себя темно-синюю робу и на­кинул ремень с красной коробкой портативного дыхательного устройства. — Смирнов, тебя, как

штурмана, это тоже касается

* * *

Игорь Чайка протиснулся в лаз, вслед за ним забрался и Александр Смирнов, задраив за собой люк в центральный отсек. Теперь, имея за плеча­ми уже несколько боевых походов, летчики сами с улыбкой вспоминали, как постоянно набивали себе синяки и шишки в тесных отсеках подводно­го атомохода в первое время службы.

— Товарищ капитан 1-го ранга! Командир БЧ-6 [13] капитан Чайка и штурман капитан Смирнов по ва­шему приказанию в центральный пост явились!

— Вольно, товарищи офицеры. Мы вышли в расчетную точку, сейчас всплываем под пери­скоп для сеанса связи. Сразу по его проведении вы получите боевой приказ. — Вячеслав Славин сейчас восседал в своем командирском кресле, ко­торое занимать не имел права никто, кроме него. Ни на подводном атомном крейсере, ни на флоте, ни вообще в Вооруженных силах России. Место капитана — священно, такова традиция.

— Есть!

— Товарищ капитан, мы на перископной глу­бине, — доложил боцман, управляющий сейчас рулями лодки.

— Боцман, дифферент — ноль. Поднять пе­рископ! Поднять выдвижные устройства. Слушать в отсеках.

— Есть дифферент ноль!

— Перископ поднят, выдвижные устройства подняты.

На мониторе в центральном посту показалось изображение белой торосистой равнины с ред­кими свинцово-серыми разводьями. Изображение поплыло по кругу — это портативная видеокаме­ра на перископе начала круговое сканирование. На другом экране передавалось такое же изобра­жение, но только в тепловом диапазоне.

— Оператор РЛС, обеспечить обзор водного и воздушного пространства!

— Есть. Горизонт чист! На удалении восьмиде­сяти километров наблюдаю две отметки воздуш­ных целей. Курс — двести восемьдесят градусов, высота — четыре тысячи. Ответчик выдает «свой». Судя по характеристикам — дальние «противолодочники» ТУ-142МР.

— Ясно. Штурман!

Я.

— Время до сеанса связи со спутником?

— Четыре минуты сорок семь секунд, товарищ командир.

— Ждем.

В безвоздушном орбитальном пространстве русский военный спутник сориентировал парабо­лическую передающую антенну и передал цифро­вой пакет данных. Связь длилась меньше секунды. А у Северного полюса в нескольких метрах от по­верхности моря лодка получила новые данные.

— Центральный, говорит командир БЧ-4 1. Уста­новлена связь со спутником. Передан цифровой информационный пакет, ведется дешифровка.

— Как расшифруете — сразу ко мне.

— Есть.

— Штурман?

— Уточненные данные о географическом ме­стоположении лодки вводятся в БИУС [14] .

Хлопнул входной люк в центральный отсек. Командир связистов передал капитану 1-го ран­га секретный бланк расшифровки радиограммы. Вячеслав Славин пробежался глазами по тексту и передал листок старпому. Все, находящиеся в центральном посту, замерли в ожидании даль­нейших приказов.