– И не разбились бы?
– не верит Харишша.
– Ты помни, дурочка, что после смерти некроманта воскрешенный через несколько дней и сам уходит в Мрачные Подземелья.

– Буду знать, - вздыхает Проводница.
– Я ведь полагала, что бессмертная. Потому прыгала в этот колодец без лишних размышлений и через пару минут уже пила вино с любимым братцем. Кто же знал, что меня можно убить обычным поленом?

– Действительно, - соглашаюсь и предлагаю двигаться дальше.

Между стеной и бездной находится небольшой каменный выступ. Мы кое-как перебираемся через него, перетаскиваем Прасса. Затем я снова пригибаюсь под весом оруженосца и хмуро иду вперед.

Внутреннее убранство горы не удивляет разнообразием. Скользкий пол, покрытый трещинами, гулкое эхо шагов. Одинаковые стены, поблескивающие капельками воды; похожие друг на друга короткие сталактиты-близнецы. Каменные отростки так и норовят черкнуть по макушке. Я особенно страдаю от этих каменных наростов. На голове пульсирует изрядная шишка - несколько раз прозевал. Королю намного проще: пониже опустил забрало шлема, но и он затейливо поругивается, когда очередной сталактит высекает искры из походной короны.

Наши спутницы шагают без особых затруднений. Они намного ниже ростом, потому могут не обращать внимания на свисающие сверху каменные пальцы. Пока я занимаюсь разведкой и напряженно всматриваюсь в темноту, Харишша увлеченно болтает с болотной "девушкой".

– А как оно?
– шепотом спрашивает Проводница. Впрочем, шептать в тоннеле - все равно что громко орать. Звук отбивается от стен, крепчает и уносится куда-то в глубину подземелья.
– Как оно, быть с мужчиной?

– Знаешь, - сознается некромантка, - у меня не очень большой опыт в этих делах. Впервые попробовала только сегодня утром.

Я широко улыбаюсь и подавляю желание пуститься в пляс. Это же надо? Я у нее первый мужчина! Счастье-то какое. Если сознаться, она у меня тоже первая - за последние полгода. Эх…

Затем мои думы омрачаются. Я прекрасно отдаю себе отчет, что означает иметь дело с девственницей. Она же теперь от меня не отстает. Вот это вмазался по самую макушку. Вот это попал, фамильный демон мне под… Стоп, они там продолжают разговаривать о делах любовных. Надо бы прислушаться.

– … но я тебе скажу, - делится впечатлениями Харишша, - любовь - просто нечто! Такое наслаждение! Особенно, когда ваша любовь общая.

– Это как?

– Ну, когда любишь кого-нибудь и чувствуешь, что это взаимно…

Откуда она это взяла? Небось мысли прочитала, некромантка грязная! Ох и задам же ей… этой ночью. Мысль о постельной жизни настолько заманчива, что я даже на какое-то время забываю о своих лишениях и проблемах. Чего там сейчас в Управлении творится? Небось меня уже обвинили во всех смертных грехах и шьют криминальное дело. Если действительно загрохочу под Трибунал Девятнадцати Демонов - будет беда. Отправят в Скалу-под-Небом. А там мне точно не выжить. За последние несколько веков столько геройского народа отправилось в эти застенки, что голыми руками разорвут меня в клочья, едва окажусь внутри тюремных стен.

– А у меня с мужчинами никак, - жалуется Проводница.
– Был один… Медведь. Но и тот сбежал, едва я выше пояса из трясины поднялась. А я-то думала уже, что найду немножко женского счастья.

Король задыхается и кашляет. Подозреваю, таким образом он маскирует смех. Да и мне становится веселее, едва представляю себе ошалелого от "счастья" мишку в объятьях болотной страшилы.

– Тебе надо сделать прическу, - науськивает Проводницу Харишша.
– Привести в порядок ногти, регулярно чистить зубы. И особенно - не забывай мыться!

– Что?! Да я чище вас всех!
– восклицает болотный дух.
– Я в воде живу. Можно сказать из ванной не вылезаю!

– В ванной надо хоть изредка менять воду, - порскает Эквитей. Я тоже широко улыбаюсь.

– Ни за что! Я терпеть не могу проточную воду, - жалуется Проводница.
– Что угодно, но только не река.

– Озеро?
– предполагает некромантка.

– Тоже не пойду…

Снизу доносится шум воды. С каждым шагом он приближается, крепчает. Весело бегут густые струйки, звенят мелкие капельки. За ближайшим поворотом при свете "Карателя" шуршит небольшой водопад.

В полу зияет большой колодец, примерно той же величины, что и тот, куда я едва не свалился. Сверху, удобно расположившись внутри кольца сталактитов, из меньшего отверстия истекает широкий ручей. Вода обрушивается с двухметровой высоты, расплескивается каскадами брызг и журчит себе, падая в бездну. Полагаю, это тает снежная шапка горы.

Слева и справа над пропастью нависают широкие борта. Они скользкие, но испещрены глубокими трещинами - можно идти, не опасаясь слететь.

Минуем водопад, останавливаемся, чтобы напиться. Водяной поток немного разгоняет драконий пар, здесь можно вздохнуть полной грудью.