Шрифт:
– Нет. Марат. Это – уже явно перебор. Я так не могу…
– Патриция, даже не спорь. Вам с малышом нужна мягка постель, тепло и уют. А на этом диванчике - я уже привык ночи коротать. Часто, как лягу читать – так и засыпаю прямо здесь, так что…
(невольно рассмеялась)
– Настолько увлекательные книги??
– Ну. Не каждый же раз читать приключенческие романы. И самообразованием нужно заниматься. А это – увы, бывает и скучноватым.
***
– Так, постельное белье я поменял, так что…
(пристыжено улыбнулась)
– Спасибо.
– И, прости, из женской одежды у меня ничего нет, так что максимум, что могу предложить – так это свою рубашку. Она новая…
– Я не брезгливая.
(мило улыбнулся)
– Вот и хорошо. И, кстати, думаю,… сегодня, как поедем по продукты, можем, заодно заехать и забрать твои вещи. Хотя бы самое необходимое…
– О…
(растерялась я от неожиданности)
Было бы круто. Но, в принципе, я и сама могу сходить…
– Патти. И снова схожу… И что? Ты будешь всё тащить в зубах?
– Чего в зубах? В руках… у меня… не особо шикарен выбор вещей. Так что…
– И всё же…
***
– Патриция, ты еще не спишь?
– Нет.
– Прости, что тревожу. Но вот, что я подумал.
Тебе нужно позвонить домой. Скажи матери, что ты в безопасности, у своего друга ночуешь. Что пусть не переживает…
– Ха. Марат. Прошу! Она меня выгнала в три шеи. Ей плевать, где я, что со мной – пусть даже удавлюсь, лишь бы…
– Ты не права.
– Поверь! Ты просто не знаешь мою маму… Она, когда…
– Патриция. Прошу, просто позвони. Мне так будет спокойнее. И дай ей мой адрес, чтобы… не волновалась.
– Нет. Что-что, а адрес не буду давать. Иначе через пять минут прибежит – забирать меня, крича, что я ее еще больше позорю…
(нервно вздохнул)
– Ладно, тогда просто позвони.
– И ты успокоишься?
– Да.
…
– Мама!
…. Та ну хватить!
Мама!!!!
(нервно отдернула я трубку от уха, резкое нажатие на кнопку – и едва сдержалась, чтобы телефон не зашпулить в стену)
Взгляд, полный обиды и укора, обрушила на Марата.
– И о чем я тебе говорила? Ей только дай шанс – сразу целая тирада матов и презрения.
– И, тем не менее, она будет уже спокойна, зная, что ты жива. И весь этот ее крик, вся ее истерика – не что иное, как элементарное проявление заботы, переживания и любви.
(едко расхохоталась я)
– Марат, прошу, не смеши.
– Поверь, Патриция. Было бы намного хуже, если бы ты услышала в ответ спокойный тон… или, вообще, равнодушные гудки.
(тяжело вздохнула)
Может, быть… и прав. Но сейчас мне – не до понимания. Меня-то она понять – НЕ ХОЧЕТ! Тогда чего я должна?? А?
– Ну, и как теперь заснуть?
Еле успокоилась, как теперь…
– Я тебе чай с мятой заварил. Выпей – должно помочь...
(несмело протянул чашку)
Аккуратнее, горячий еще.
– Спасибо. Я как раз такой и люблю…
***
Мята – не мята, а заснуть так и не могла.
То ли тот факт, что я в чужой квартире, лежу в чужой постели, то ли окончательно расшатанные нервы, последствия истерики и нервного срыва… - только и качалась я из бока на бок, вертелась, как гриль на палочке… да лучше не ставало.
Мысли, мысли… тяжелые мысли.
Странно так… и, наверняка, глупо. Рядом с Маратом мир вдруг поменял свои краски. Серое небо вновь (как в детстве) стало голубым, а солнце – из белого… превратилось в нежно-желтое зарево.
Прошло всего ничего, всего несколько часов, как я оказалась в его обществе – а будто конец света… отступил.
Всё оказалось не таким уж и ужасным, катастрофическим.
И даже,… даже стало казаться,… что вполне реально, разумно оставить этого малыша…
(в живых)
Буду я жить дома, а что еще лучше, начну снимать отдельно квартиру…
Буду (по-прежнему) ходить на рынок
(его-то, слава Богу…, этот заработок у нас не отобрали – хм, и снова спасибо Марату).
Буду воспитывать сама. А что мне еще нужно? Кто?
Фернандо?
Фу. Как вспомню, до чего я опустилась, что я хотела – так сразу хочется себе голову оторвать.
Черт! Не заслужили… ни я, ни этот малыш такой кары – такого «защитника». Уж лучше никакого, чем «ТАКОЙ».
А если, если во всем этом… иногда, просто… дружески будет еще и присутствовать, поддерживать, подбадривать меня Марат – то жизнь, я вам, скажу… светит мне уж никак не хуже, чем была прежде.