– Идея!

Наконец-то смогу почувствовать себя дряхлым старикашкой. Расслаблюсь, завалюсь в кровать – буду кряхтеть и причитать, а ты, молоденькая курочка, будешь бегать вокруг, пеленки мне менять, чаи с лимоном таскать.

– Курочка?????

Значит, вот кто я для Вас?

(злобно скривилась, прищурилась, губы плотно сжала…

… угрожающе наставила на свою жертву вилкой)

(рассмеялся)

– Ладно, ладно. Не кипятись, женщина. Не хочешь быть курочкой, будешь козочкой.

– Ну, всё!

Попал!

(схватила я с тарелки отбивную)

– Сейчас сожру ее – и точно лопну. Заляпаю тут всё – ни за что на свете не отмоешь. А если повезет – то и тебя взрывной волной контузит, так… что эта козочка тебе навеки, как кость, станет в горле. На всю жизнь запомнишь.

(расхохотался)

– А я не боюсь – у меня иммунитет.

– Против контузии?

– И против нее тоже.

– А чего еще?

– Против «ставания» козочек, как косточки, в горле.

– Ха. Так женщины тебя не вдохновляют? Не цепляют?

Голубой что ли… и все дела?

(игриво замигала я бровями)

– А ты бы хотела? Да?

(едко расхохотался Марат)

– Мммм, - язвительно повела я дальше. – Даже не знаю. Но, наверно, всё же «да», чем нет. Только сам подумай - у меня появиться подружка. Это же куче – чем… друг? Правда?

– Хм.

(с шутливо-умным видом хмыкнул Дюан)

А ты права.

Подружки… лесбиянки намного веселее, чем просто «шуточки» с другом.

(расхохоталась я)

– Нееее, так не катит! Ишь, куда загнул. Губу раскатил.

– Да, куда, мадам? Разве я мог? То так – от нефиг делать пошалил с фантазией.

(добродушно улыбнулся)

– И кстати, логики здесь нет.

– А разве мы ее искали?

– Её?

– Ну, логику твою, - (едко улыбнулся). – Ладно, подруга моя гомофильная, доедай быстрее,… да пошли фильм смотреть.

– Фильм? Чтобы снова заснуть на половине?

(едко рассмеялась я)

– Ну, можем, ужастик включить – будешь пищать от страха,… только не жалуйся потом, что заснуть не можешь.

– Ага, до самого утра буду мучиться в кошмарах…

– Да. Да… Можно и до самого утра…

(коварно, с намеком замигал бровями)

(расхохоталась я)

– Марат, и когда ты успел стать таким пошлым? Всегда такой скромный, сдержанный.

А тут…

(рассмеялся)

(глубокий вдох)

– Это ты меня развращаешь, - мило заулыбался (вставая из-за стола)

– Я???

– Да.

– Да ну…

(заикнулась я, смущенно улыбаясь в ответ,

краснею)

– Расслабься, - (хихикнул), - шучу я. Не обращай внимания – то так… настроение хорошее. Прости.

Ладно. Пойду, поищу, что там можно будет посмотреть…

– Давай, а я пока посуду помою…

– Да брось. Я сам, потом – завтра.

– Ой, ой. Завтра он. Иди уже - справлюсь одна. Не в тягость…

Глава Тридцатая

***

Праздник когда-нибудь заканчивается, и начинаются серые будни…

(так примерно звучит знаменитая (заезженная) фраза?)

Вот, нынче, она и про меня сказана…

Утро принесло вместе с недосыпом и усталостью… зов обязанностей. Я – потопала на рынок, Марат – уехал в клуб.

…

– Патти, Патти, чем же это ты ночью занималась, что сейчас вся такая синяя? Только не говори, что вместе с Лимончиком в компьютерные игры играла.

– Ой, тетка. Я уже забыла, когда сидела за ноутбуком. Так что…

(коварно заулыбалась, закачала головой та)

– Так и я не об этом…

– Что? – попытка сообразить на тугой, все еще дремлющий, рассудок. – А… вот черт, и чего вы пристали с этими глупыми намеками? Мы с Маратом – друзья!

– Да, да. И надолго ли?

– Надолго. И потом, Вам все подробности - не обязательно знать.

– Значиииит… всё-таки что-то было?

– Тетя!

– Что?

– Ну, хватит!

– Значит, было…

– Нет! Ничего не было!

Фильм смотрели почти до трех ночи, а затем - по комнатам… и спать.

– Тю…

– Что «тю»?

– Такого хорошего мальчика упускаешь.

Нет бы, охомутать,

а ты все сопли, как резину, тянешь. Разве так можно? Уведут – и не успеешь глазом моргнуть.

– Мне всё равно. Пусть уводят.

– Да. Да. Так и поверила! …всё равно ей. Будто я не видела, как ты на него смотришь…