(нет, мы-то для приличия поплавали первые минут двадцать-тридцать, посмотрела я на уникальные, прекраснейшие пейзажи, «поохкала» и «поахкала» от умиления и завороженности…), но... затем…

уже целых четыре часа (если не больше), как не вылезаем из каюты…

А всё начиналось так безобидно - я отправилась искать пакеты с едой…

Жадно прижавшись к его груди, внимаю родному теплу, вдыхаю нежный, дурманящий аромат и едва не схожу с ума…

Седьмое небо, безумное счастье… и просто… «любовь» - всё это взрывалось в моей голове, душе, в сердце,… но и на сотую долю не могло обозначить всё целиком, дать название… сему состоянию.

Мой Марат, мой Ангел… мой воздух, и за что мне послали тебя небеса? За что??

Хотя… неважно, неважно за что, почему… и сколько слез мне будет это стоить…

… одно знаю: без тебя я жить не смогу.

– Марат, - едва слышно прошептала я и тут же немного отстранилась, дабы взглянуть в глаза.

– Что, моя сладкая?

– Ты же рыбу хотел ловить…

– А я уже поймал, - съехидничал Дюан и тут же рассмеялся. – САамую большую и вкусную…

(невольно улыбнулась я в ответ)

– Ну, то понятно,… но не из меня же будем уху варить? Мм?

– Почему?

(удивленно-обиженную рожицу вмиг скорчил Лимончик)

– Эээ! Что за намеки? Я не поняла?!

(злобно треснув кулаком в грудь (слегка), тут же нахмурилась и надула губы)

– А что? Я тебя… так и не съем?

– Я тебе съем! Ишь, какой… быстрый!

(играю, играю роль взбешенной жертвы)

(рассмеялся)

– Ладно, пошли попробуем… Хотя, сомневаюсь, что у меня что-то здесь выйдет поймать, но… «повтыкать» на поплавочек можно…

Ты же со мной? Или… свое удилище забросить хочешь?

– Я же еще тогда сказала, что не хочу: буду наблюдать, как ты мучишься… - и с меня довольно...

(язвительно захихикала я и тут же прижалась губами к его груди)

Сладенький мой мальчик, каааак же я тебя люблю!

– Неправда, я не сладкий… После моря очень даже… соленый.

– Цыц, козявка! – «злобно» стукнула кулаком в плечо. – Какой же ты, Марат, вредина…

– О, Патти, родная моя, это всё - … последствия твоего ужасного влияния.

– Чего??? – удивленная, шокированная, разъяренная и злая

(да, да… опять всё это наигранно – ибо, как могу на него сердиться?)

… тут же задергалась я, ловкое движение – и залезла на Лимончика сверху; глубокий вдох (сдерживая смех) – и зарычала в лицо. – Сейчас я кого-то покусаю!!!

– О!

(заерзался тот на месте – разлегся ровно, выпрямился смирно)

Я только за!!!

(шаловливо замигал бровями)

Приступай!

– Нууууу! – возмущенная, разочарованная, заныла я. – Так не идет. Чего такой податливый?

– А, может, мне… просто, очень хочется, чтобы ты меня покусала…

– Извращенец!

– Ну, вот… так всегда.

– Как это… «как всегда»?

– Подразнишь меня – и в норку.

– Ну… я же «кролик». Забыл?

(невольно закатила глаза от возмущения под лоб - вспоминая его старые слова)

Так что…

– Можно дразниться?

– Можно в норке жить!

– Я тебе не за норку говорил…

(невольно рассмеялась)

– А насчет «дразнилки» - то…

ну, люблю, люблю вывести тебя из себя…

Ты сразу такой забавный становишься.

– Забавный??? Ах, забавный????

(вмиг подскочил, расселся на постели и тут же схватил меня в свои объятия, прижал к себе)

Сейчас ты у меня… поплатишься за это «забавный»!

(вмиг прильнул поцелуем к губам… короткие, нежные ласки и тут же сорвал долой простынь, оголяя меня целиком)

– Аааа! Марат! А как же рыбалка???

– Успеем, дорогая моя, успеем. Рыба с моря никуда не убежит. А вот ты…

(невольно рассмеялась, завизжала я от его щекотки, задергалась, пытаясь убежать в сторону - тщетно)

– А я куда денусь???

– Никуда. Но еще больше испоганиться сможешь. Потому воспитывать, воспитывать… и еще раз воспитывать… необходимо тебя.

– Бог мой, Дюан, Вы меня пугаете…

– Не бойся, маленькая моя, больно не будет…

Его коварная улыбка (вынырнувшая на уста в этот миг)… предвещала что-то ужасное…

Очень ужасное…

… такое ужасное, что я непременно захочу повторить…

Глава Семьдесят Третья

В общем, рыбы наловить нам так и не удалось.