– Патти – не вариант … - вдруг отозвался Марат, - она – моя невеста.

(сдержано хихикнула та в ответ (пряча свой шок))

– Невеста? Брось, Дюан. Я же знаю твой вкус – тебе нужна девушка… безупречна. Да и потом, она… -

(игриво вздернула бровкой, пропуская какое-то (важное) слово, уточнение (ругательство?). –

… Не такая, как мы. А это – против правил. Не мне тебе рассказывать…

– Знаю. НО… я не собираюсь делать то, о чем ты подумала…

– Надолго ли такое убеждение?

– Надолго. И, чтобы ты знала, Патриция для меня – безупречна. Намного безупречней, лучше, чем ты.

(замерла Женье –

на губах все еще сидела улыбка, силой растянута, закреплена на распорках воли, ухмылка,

но спрятать за своими занавесками злость так и не смогла…)

Глубокий вдох.

– Ясно… – (наконец-то произнесла та).

Я так понимаю, мне лучше уйти?

(промолчал, явно давая понять ей самой ответ)

– И тебе даже не интересно, зачем я пришла?

– Если честно, то – нет.

(удивленно дрогнула бровь)

– А ты … действительно, поменялся, Марат.

(молчит; на лице – железная маска равнодушия, затишья)

– Что же… прости,

… что побеспокоила. Надеюсь, ваш маленьких рай я не сильно потрепала.

– Ни капли.

(и снова от удивления искривились черные линии у глаз)

– Прощай…

(несмелый разворот – потянулась к ручке двери, но вдруг застыла - вновь обернулась к нам лицом, к Марату,

… пристально изучавшему ее своим взглядом, следившему за каждым ее движением, словно чего боясь)

– Ты меня и дальше будешь ненавидеть?

– Нет. Если больше не будешь пытаться со мной встретиться, вмешиваться в мою жизнь.

… Пусть прошлое, Женье, - останется в прошлом.

– Значит, все-таки враги?

– Прости, но...

(криво улыбнулась…

… нервно цыкнула)

– И главное… при всем этом… как всегда, твое жеманно-добродушное «прости».

– Оно искреннее…

(коротко рассмеялась)

– Ну, да. Ну, да. Искренне… унизительно… лживое.

(резкий разворот – потянула дверь на себя, шаг вперед – и выскочила из квартиры долой)

Глава Тридцать Восьмая

… пока лифт привычно не щелкнул, оповещая, что гостьи больше нет, Марат и на мгновение не отрывался от того … места, от нее, взглядом …

Женье. Женье… уехала…

Несмелый разворот, и наконец-то уставился мне в глаза.

– Спасибо, что… поддержала. Не опровергла эту идею… с нашей свадьбой…

– Да без проблем, - пробормотала я, томясь в своих мыслях

(вообще-то мне самой было приятно так ее… укусить)

(замученный, заглушенный своими внутренними, тяжелыми переживаниями, машинально захлопнул дверь, защелкнул замок – и вновь (отрешенный, потерянный) взгляд обрушил на меня)

– Она… многое для тебя значит?

(черт! но не могу сдержаться от этого вопроса!)

– Она? – удивленно передернул бровями. Глубокий вдох. – Я ее не видел, и ничего не слышал про нее уже три года. А тут – заявилась. Удивила, взволновала. Но не более того.

(и снова я жую свои губы, едва сдерживая внутри себя вопросы… тысячу, миллион вопросов об этой… Женье…)

Стоп, а… действительно, что я вообще знаю о Дюане? ЧТО??

Ни-че-го.

– Вы собирались пожениться?

(и замерла, словно вор, кусая, коря себя за такую вольность, слова)

(холодно улыбнулся)

– Давай, пошли на кухню. Тебе давно пора кушать…

(молчу –

все же… не туда ты, Патти, полезла своим носом…)

Несмелые шаги вперед… и замерла я у холодильника.

Буквально секунды – чтобы прийти в себя, начать нормально соображать – открыла, распахнула двери – и давай изучать… «картину».

– Думаю, … - с последних сил рассудок пытался трезво рассуждать. – Может, пельменей поедим?

– Давай… - тяжело вздохнул Марат и присел на табуретку.

(быстро метнулась я к шкафчику нужному и достала оттуда кастрюлю – набрать воды… и…)

– Да, Патти, - от неожиданности даже передернуло на месте. – Было время, когда я слепо верил ей, когда любил безумно… Когда ничего вокруг не замечал, никого не слушал. Я даже с Оливией из-за нее сильно поругался.

В общем, не зря говорят, что влюбленные… едва чем отличаются от дураков. Так и я – пытался весь мир постелить у ее ног. Мечтал о нашей с ней свадьбе… О вечной жизни вдвоем, о семье…