Но чиновники от советской власти не стали искать и взрывать все эти входы. Они уже отчитались о проделанной работе, получили похвалу и поощрения от начальства. И с тех пор все таинственные исчезновения людей в окрестностях деревни Прянишкино списывались на диких зверей или на другие несчастные случаи.

Немцы к шахте тоже проявили некоторый интерес. Во всяком случае, местные старики помнили, что немецкие солдаты, словно муравьи, рассыпались по окрестностям шахты. Что они там искали, местным было неведомо. Но искали старательно, целый месяц поднимая и вороша камни. Однако затем военные действия потребовали присутствия всех солдат на передовой. И поиски чегото в старой каменоломне на том и завершились.

Между тем, пока подруги рыскали по окрестностям рудника, оставленная ими в своем домике милая старушка, Елизавета Ивановна, убедившись, что лесник Паша в самом деле увез ее гостей в сторону старой каменоломни, выбралась на улицу и резво затрусила в сторону ближайшего леска. Бежать старушке было недалеко. Лес буквально подступал к самому порогу ее дома.

Оказавшись среди деревьев, старушка несколько сбавила темп. Но все равно двигалась она очень быстро. Дыхание у нее сбилось. И со стороны было заметно, что старушка старается из последних сил. Наконец, она подбежала к какойто дыре в земле, откинула в стороны закрывавшие ее ветки и, сложив руки рупором, крикнула в дыру:

– Просыпайся! Они всетаки приехали! Слышишь?

Изнутри послышалось какоето ворчание. И старушка требовательно прибавила:

– Вставай!

И, не дожидаясь, пока из норы появится нечто, вызванное ею к жизни, бабка побежала прочь. На этот раз она двигалась еще быстрее, почти совсем бегом. Косынка слетела с ее головы, но она даже не остановилась, чтобы подобрать ее. Так и бежала по тропинке, а длинные седые волосы развевались у нее за спиной.

И, лишь добежав до своего дома и влетев внутрь, она задвинула за собой мощную щеколду на двери и остановилась, тяжело дыша. Некоторое время ей казалось, что сердце сейчас выскочит у нее из груди. Но все обошлось. Мало-помалу дыхание у Елизаветы Ивановны выровнялось, она сумела подойти к столу и сесть на один из стульев.

А затем она неистово перекрестилась на пустой угол, в котором когдато прежде стояли иконы, а нынче висел календарь, и прошептала:

– Господи, прости и помилуй меня, грешную! Что творю, что делаю! Сама даже не знаю, что дальше будет!

Осмотрев окрестности шахты и не обнаружив там ничего интересного, подруги с тревогой отметили, что солнце уже склоняется к горизонту. Осенний день короток. Только что было светло и солнечно, а затем в один момент вдруг стало сумрачно и очень неуютно.

Так что девушки, не сговариваясь, повернули назад. Словно магнитом их тянуло в ту сторону, где осталась их машина. Они уже поняли, что без специальной поисковой группы Милу им в развалинах старой каменоломни не найти. Тут требовалась служебно-разыскная собака, опытный проводник и куча добровольцев, а усилий их обеих было слишком мало.

Подруги изо всех сил спешили к своей машине. Теперь им мерещилось, что изза каждого камня им грозит опасность. Они шагали очень быстро. И все равно им почудился вдали волчий вой, а затем, немного погодя, и чьето тяжелое дыхание за спиной.

– Ну и что теперь? – пробормотала Инна, когда они наконец добежали до оставленного ими «фордика», запрыгнули внутрь и Мариша включила зажигание и обогрев салона. – Что будем делать дальше? Куда поедем?

Некоторое время Мариша молчала, раздумывая. А затем она тряхнула головой и сказала:

– Куда угодно, но только подальше отсюда!

С этим решением Инна была согласна целиком и полностью. За последние полчаса, блуждая среди разбросанных камней, она натерпелась такого страху, какой ей давно не приходилось переживать. Чтото мрачное и угрожающее вставало в сумерках из этих развалин. И Инне очень хотелось оказаться подальше отсюда.

Снабженные заранее указаниями лесника Паши, подруги без особого труда добрались до поселка Жихарево. Постучались в первый же деревенский дом, окна которого были освещены. И встретили радушный прием пожилой супружеской четы. За скромную прибавку к своим пенсиям в размере тысячи рублей они согласились оставить подруг у себя на ночлег.

У пенсионеров было большое хозяйство. Имелись свои козы, курочки и хрюшки. Так что к ужину они подали своим квартиранткам яичницу со свиными шкварками и целую кастрюлю домашней картошки с солеными огурцами, вкусно пахнущими чесночком, хреном и укропчиком. А также целую миску домашней квашеной капусты, при одном виде которой сразу же текли слюнки.

Такая эта капуста была белая, такая пышная! Просто крем, а не капуста!

Мариша так и сказала старикам, в ответ на что они польщено заулыбались. А хозяйка объяснила:

– У нас в каждом доме такую капусточку солят. Уж не знаю, в чем тут дело, в земле ли, в воде местной или в сорте самой капусты. Однако все мы сеем одни семена уже почти сотню лет. И капуста у нас всегда получается – просто загляденье!

– К нам и из города приезжали, – вступил в беседу дед. – Феномен, говорят! А на мой взгляд, если с душой к любому дело подходить, то оно и спориться будет.