Шрифт:
– Забавные каракули, – вполголоса подивился Павел.
– Ага, забавные, – князь руссов понизил голос до шепота, – только я читать это не умею. Резы и черты вообще не существуют…
– Как так?
– А вот так. В институте говорили, что резы и черты недоказанный факт. Мы изучали только глаголицу и кириллицу [61] …
– Ну, пусть в вашем институте что угодно говорят, но эти черты с резами вот – на лицо.
Они говорили на своем, на родном… И хотя переговаривались они тихо-тихо, все присутствующие поглядывали на них с настороженностью. А боярин Жирослав так и вовсе навострил уши.
61
Глаголица – первая научно подтвержденная письменность славян. Кириллица – письменность, созданная Кириллом и Мефодием на основе глаголицы и греческого алфавита.
Признаваться было не очень удобно, а надо, поэтому Вадим, повертев в руках почерк, вопросил:
– Кто в грамоте силен?
Народ быстро переглянулся, но первым подал голос воевода.
– Дозволь, княже?
Вадим протянул ему послание. Бряг оправил бороду, взял почерк и долго изучал содержимое. Его губы беззвучно шевелились, вчитываясь в руны.
– Так ты умеешь читать, воевода? Что там? – князь отпил браги. – Ну?
Воевода обвел взглядом всех присутствующих.
– Княже, Гостомысл предлагает скрепить союз промеж вами женитьбой…
На лице Вадима расплылась улыбка.
– Хм… – он чуть запрокинул голову.
– Новгородский князь обещает тебе в жены свою младшую дочь Умилу.
При этих словах боярин Жирослав окаменел на несколько секунд. Потом, вдруг схватив кружку, вскочил и радостно провозгласил:
– Вот это радость…
– Погоди, боярин! – прервал его Вадим. – Чего ты скачешь? Не решено еще… – он взглянул на гонца. – На словах, что велено передать?
– Князь повелел дождаться твоего ответа.
– Дожидайся, – позволительно кивнул Вадим, мол, аудиенция окончена.
Улеб поклонился и вышел.
– Чего застыл, воевода? Проходи к столу.
Бряг тут же скинул тулуп…
– За это надо выпить, – предложил Павел. – Вот и тебя обженим, – и он хитро подмигнул другу.
– Не спеши… Но выпить надо!
Сладковатая брага приятно разлилась по телу, всколыхнув воображение. Хм, жениться…
– Боярин, а хороша ли у Гостомысла девка? – Вадим отодвинул блюдо и сложил локти на столе.
– Как есть – хороша! – ответствовал Жирослав.
– Сколько годков-то?
Боярин закатил очи, видимо, припоминая, подсчитывая…
– Шестнадцать уже…
– Ого, большая, – съязвил Павел.
– Верно, княже, боярин сказывает, – подтвердил воевода, – я сам прошлой зимой видел ее в Новгороде. Красна девка.
«Ишь как разошлись, – отметил чуть захмелевший мозг князя. – Так и жужжат – надо брать!»
– А ты что скажешь, Юски?
– Шестнадцать лет – большая невеста, – почти философски начал вепс, – я свою Айникке в пятнадцать брал, и ничего…
– Боярин, глаза какие у нее, ведаешь ли?
Жирослав опять призадумался.
– Нет, княже, не упомню…
– Ну вот, – протянул Вадим с таким видом, что не знание цвета глаз будущей невесты разом рушит все дело. – Ну вот… как же так, боярин? Глаза первое дело в жене!
– Кха, – весело прыснул Павел и в тон другу добавил: – в жене главное руки!
– У женщины должны быть крепкие ноги, – отхлебнув браги, вставил Юски, – чтобы она могла рожать здоровых детей!
– Да ну… – махнул рукой воевода, – не то, княже… В бабе главное жопа! Крепкий зад должен быть, чтобы сильных воинов нарожала!
– Точно – зад! – воскликнул Павел. – Про зад мы как-то и позабыли…
Гости разом прыснули со смеху.
– Тебе только крепких воинов подавай, воевода. Чтоб ты их сразу в дружину пристроил! – сквозь слезы смеха насилу высказал Павел.
– А чего? Место воина завсегда в дружине!
– М-да… – разинул было рот Жирослав, но его перебил Вадим.
– Ладно, хватит ржать! Цыц тут мне! – Вадим сделал серьезное лицо. – Что вы тут похабщину развели… И не зад, а бедра! Все же про мою будущую невесту говорим! А может статься, и жену!
– Выпьем! – улучив подходящий момент, предложил Жирослав.
– Выпьем! – почти хором поддержали гости, к которым не преминул присоединиться и Радаслав.