– Ты же сама сказала, что надпись относительно свежая. Тебе не приходила в голову мысль, что этот кораблик кто то нашёл раньше нас?

– Признаться, я об этом думала, - капитан внимательно следила за мельтешением строк на мониторе, всё больше убеждаясь, что система сохранилась удивительно, невероятно хорошо.
– Но… не вяжется. Что сделает человек, которому в руки попадёт подобная находка? Путей всего два: либо снимет с корабля всё ценное, либо сообщит о своей удаче властям. Но об обнаружении «Чёрного призрака» уже орали бы по всем каналам, такая новость мимо журналистов не проскочит. Значит, никто никуда не сообщал. А что касается «снять всё ценное»… Понятия не имею, что у «Призрака» было в трюмах, но уж энергоустановку демонтировать - сам бог велел. На любом из независимых миров такую штуку с руками оторвут.

– Она настолько в хорошем состоянии?

– Она в отличном состоянии!
– Девушка отключила тестовую систему и покачала головой.
– Шестой генератор чуть разбалансирован, но в пределах допустимого.

– Ну, допустим, некто обнаружил корабль, ошалел от свалившегося на него счастья и отправился на базу за оборудованием и транспортом.

– А перед этим исписал стены всяким бредом… причём, заметь, русскими буквами. Градова лишь пожала плечами. Подходящего к случаю объяснения у неё не было.

– Ладно, пошли отсюда, - Катя решительно направилась к двери.
– Времени прошло чёрт знает сколько, а мы толком ничего пока не узнали.

– Можем задержаться… - В этот момент Леночка вдруг отчётливо поняла смысл старой поговорки насчёт «слово не воробей». Взгляд, которым её одарила капитан, не предвещал ничего хорошего.

– Молчу, молчу!
– затараторила девушка.

– Мы на чужой территории, нарушение срока высадки означает, что у нас проблемы, и Снежка начнёт вопить на весь эфир о вызове спасателей.

– Я всё поняла. Дура. Виновата. Не повторится. Замолю. Искуплю…

Катя неодобрительно покачала головой, но промолчала. Всё-таки годы службы во Флоте дают о себе знать, а Ленка как была гражданским человеком, так им и осталась. Все бы ей хиханьки… а пора бы понять, что, как бы пафосно это ни звучало, космос ошибок не прощает. Время, отведённое под десант, - это святое.

Случиться может всякое, но «заработались» или «увлеклись» за аргумент никогда не принималось. Тем более если речь идёт о первой разведывательной высадке. Если пройдёт как по маслу - дальше жёсткость расписания можно будет снизить. Она вышла из энергоблока и двинулась дальше по коридору.

И почти сразу остановилась, уставившись на стену, исчёрканную всё тем же ярко-лиловым маркером. Всё верно, четыре здоровенных, сантиметров сорок в высоту, буквы.

– Лен, это, по-твоему, «ОЧКИ»?
– девушка не смогла сдержать сарказма.

Градова подошла к стене, всмотрелась, затем потёрла проведённую маркером полосу ладонью, словно рассчитывая увидеть, как та бесследно исчезнет. Полоса не исчезла, как и буквы в целом.

– Ладно, Катя, допустим, я дура, - обиженно пробурчала Лена.
– Допустим, я могу спутать кривую «Н» с кривой «К»… хотя здесь «Н» вполне ровная. Но согласись, спутать «И» с «О» попросту невозможно. Хочешь верь, хочешь нет, но на стене было написано «ОЧКИ». А сейчас - «ОЧНО».

– Лен, обернись… - вдруг прошептала Катя. Подруга выполнила просьбу, но ничего, заслуживающего внимания, не заметила.

– И что?

– М-да… разведчик из тебя… Люк закрыт. И действительно, люк, через который они вошли в эту часть коридора, изначально открытый, теперь был загерметизирован.

– Ты блокировку проверяла?

– Да. Крышка была зафиксирована в верхнем положении. Клянусь… Кать, я правда проверяла, ты сказала проверить, я и… Да честное слово!

– Тихо. Верю. Попробуй открыть… Монк, к бою.

Робот шевельнулся, поднимая резак. Вообще говоря, плазменный резак был в первую очередь инструментом произвести сварку металла, прорезать брешь в бронированной стене. Но ведь и древнейший человек быстро сообразил, что палкой-копалкой можно не только добывать вкусные корешки, но и стукнуть по голове того, кто уже набрал этих корешков непозволительно много.

При необходимости полезный инструмент превращался в грозное оружие, способное сжечь всё на своём пути на расстоянии в пару десятков метров. Леночка осторожно подошла к двери, постояла, безуспешно пытаясь унять дрожь в пальцах, затем ввела код. Могла бы отдать приказ чипу, но, видимо, сказалось стрессовое состояние. Люк плавно ушёл вверх. За ним никого не было. Лена шумно выдохнула, чувствуя, как бешено колотится в груди сердце.

– Так, мне это надоело, - буркнула Катя.
– И эти загадки, и этот корабль. Идём в рубку, осмотримся - и назад. Время не ждёт. Монк, деактивация вооружения! Топай за нами.

На пути к рубке управления Катя старалась принципиально ни на что не отвлекаться. В том числе и на лиловые надписи, которые им попадались дважды. И оба раза буквы не несли в себе никакой полезной информации.

Первую Девушки заметили у самого выхода из блока «D» - на стене были выведены неровные буквы «РАЩА». Вторая надпись украшала люк, ведущий в зону «В», - в этот раз букв было всего две. «ДЕ». Вне всякого сомнения, неизвестный автор писал на русском, но что он хотел сказать - так и осталось загадкой.