– Значит, так… подходим вплотную. Цепляемся гравизахватами. Выходим, открываем люк… ну, если получится - открываем, если не выйдет - режем. Маяк работает, так что есть надежда, что хотя бы часть энергосистемы ещё действует. Мы идём внутрь, ты отводишь «Маргаритку» на полсотни… нет, на полторы сотни метров, и висишь так, чтобы люк находился в поле твоего зрения. Когда будем возвращаться - посигналим фонариками.

– Ясно, капитан, - демонстративно-холодно отчеканила всё ещё обиженная Снежка.

Ей не хотелось признаваться в жгучем желании оказаться на борту корабля, само существование которого она ещё недавно подвергала сомнению, да и толку? Во время операции с капитаном не спорят.

На базе - там другое дело, там можно переругаться хоть до истерики, но в полёте никаких конфликтов в экипаже быть не должно. И тем более по столь, признаться, незначительному поводу. Девушка вновь заняла место за пультом, активировала импеллеры, и «Маргаритка» медленно поплыла к изуродованному борту транспорта. Ближе… ещё ближе…

Из корпуса штурмовика выдвинулись эффекторы гравизахватов, и спустя мгновение невидимые щупальца уцепились за покорёженную броню. Заработали насосы, откачивая воздух из шлюзовой камеры, три фигуры преодолели пару метров пустоты и замерли перед огромным - впору глайдеру протиснуться - люком «Чёрного призрака».

– На первый взгляд, кодовая панель работает, во всяком случае, питание на неё подано, - послышался в динамиках голос Лены.

– Ещё бы знать, как её открыть… могли бы и сразу подумать. Снежка, я знаю, что у тебя в заначке есть масса ненужной информации, сумеешь отыскать технический код доступа для транспорта серии Т2 этого года выпуска?

– Попытаюсь. Думаешь, поможет?

– Я не знала ещё ни одного капитана, приказавшего сменить заводские коды, - тут же отозвалась Катя.
– Хотя это и положено по инструкции.

– А зачем их вообще менять?
– поинтересовалась Леночка.
– Есть код, и ладно.

– Из соображений безопасности, - пояснила Шелест.
– То есть, чтобы тот, кому не положено, не смог проникнуть на корабль.

Идея в целом, может, и благая, но в этом конкретном случае - бредовая. Экипаж пользуется персональными кодами, праздношатающихся туристов в вакууме нет, пираты попросту вскроют броню, а спасателям, в случае чего, лишняя головная боль. Вот никто и не меняет предустановленный код. " 647164.
– Проверяю… отказ в доступе.
– 647298.

– Их сколько там? Этот тоже отказ.

– Двадцать вариантов. 647317.

Подошёл двенадцатый по счёту набор цифр. На панели доступа загорелся жёлтый огонёк, свидетельствующий о том, что идёт освобождение шлюза от атмосферы, затем сигнал сменился зелёным, и створка люка со скрежетом начала подниматься.

– Всё в порядке. Снежка, уводи «Маргаритку». В любом случае жди сигнала через четыре часа. Думаю, быстрее не управимся.

Дождавшись, пока люк закроется, Снежана деактивировала гравизахваты, и штурмовик начал медленно отдаляться от мёртвого корабля. Когда дистанция достигла условленных полутора сотен метров, девушка на несколько мгновений переключила вектор тяги импеллеров, выровняла скорость «Маргаритки» относительно грузовика и отключила двигатели. Теперь оставалось только ждать.

Постепенно напряжение последних часов спадало - и одновременно пришла апатия. Выспаться так и не удалось, к тому же желудок настойчиво напоминал о необходимости слегка подкрепиться. Пришлось отправиться на кухню (в теории, это место должно было называться камбузом, но никто, кроме капитана, нежной привязанности к флотским терминам не испытывал). Нарезав себе тарелку бутербродов и налив кружку кофе, Снежана вернулась в рубку, настраиваясь на долгую вахту.

Спустя мгновение кружка покатилась по полу, в коричневую лужу смачно плюхнулись бутерброды. Экран штурмовика был пуст. «Чёрный призрак» бесследно исчез. Люк захлопнулся, тут же зашипел подаваемый в шлюзовую камеру воздух. Вне всякого сомнения, корабль был мёртв уже более двух веков, но часть автоматики всё ещё исправно функционировала. Потянулись минуты ожидания.

– Как думаешь, почему они не подали сигнал бедствия" Катя пожала плечами:

– Мало ли… может, экипаж погиб сразу. Но, вообще говоря, система дальней связи у подобных судов располагается довольно близко к маршевому двигателю. Метеорит вполне мог угробить и ГР-передатчик.

– Метеорит?

– Без сомнения. Я достаточно видела подобных пробоин. Следы от ракетного удара были бы иными.

– Но ведь часть брони выворочена наружу, - Леночка явно желала полной ясности.
– Разве это не от внутреннего взрыва?

– От него, - не стала спорить Катя.
– Метеорит пробил обшивку и угодил в маршевый двигатель. Тот и рванул. Думаю, все отсеки, соседствующие с двигательным, уничтожены полностью.

– Что мы будем искать?

Этот вопрос и в самом деле следовало бы задать. Причём до высадки на «Чёрный призрак». По большому счёту ни малейшей необходимости в десанте не было - мёртвый транспорт болтается здесь уже два века (сейчас все разговоры о том, что корабль встречали в других системах чуть ли не во всей области, контролируемой землянами, уже не казались сколько-нибудь достоверными), может поскучать ещё какое-то время.