— Если возьму их — она твоя, Джейк, — пообещал Монк, затем повернулся и в сопровождении Ивэна миновал последний пролет. Дверь он открыл без стука.

Слепой Томми, видимо, ожидал его. Это был вертлявый старичок не более пяти футов ростом, с уродливым острым личиком и шикарно (по его понятиям) одетый. Что же касается зрения, то, самое большее, страдал он близорукостью, поскольку сразу заметил вошедшего и немедленно признал.

— Вечер добрый, мистер Монк! Слышал, вы интересуетесь хорошей липой?

— Верно, Томми. Мне нужен тот, кто сделал бумаги двум громилам, которые потрясли квартиру на Мекленбург-сквер. Они попали в дом по полицейским удостоверениям.

Лицо Томми выразило изумление.

— Мне это нравится, — сообщил он. — Чистая работа, да…

— При условии, что ты в этом не замешан.

— Что-нибудь серьезное?

Глаза старика сузились.

— Убийство, Томми. Кто бы это ни сделал — болтаться ему на виселице. А тому, кто помогал, не миновать морского путешествия.

— О боже! — Томми заметно побледнел. — Никогда меня не тянуло в Австралию. О ней такое болтают! — Он передернул плечами. — Полно дикарей, а звери — таких и Господь никогда не создавал. Твари с дюжиной ног, а то и вообще безногие! Ух! — Он закатил глаза. — Самое что ни на есть языческое место.

— Так вот, рискуешь туда отправиться, — без тени симпатии предупредил его Монк, — если не укажешь мне того, кто подделал удостоверения.

— А это точно мокрое дело?

Томми все еще колебался.

Монк прикинул шансы.

— Точнее некуда! — Он угрожающе понизил голос. — Убийство и грабеж. Украли серебро и нефрит. Тебе что-нибудь известно насчет танцующей леди из розового нефрита высотой около шести дюймов?

Томми уже оборонялся, в голосе его звучал страх.

— Скупка — не моя епархия, начальник. Не шейте вы мне это дело!

— А подделки? — напирал Монк.

— Ладно уж, отведу я вас к нему. А мне-то что с этого будет?

Надежда умирает последней. Если даже пугающая жизнь в трущобах не способна убить ее, то куда уж там Монку!

— Если это тот, кого я ищу, — проворчал он.

Томми снова повел их по лабиринту переулков и лестниц. Хотелось бы Монку знать, какое расстояние они на самом деле преодолели. Такое впечатление, что все это время они блуждали на пятачке в несколько сот квадратных ярдов. Вскоре они остановились у большой двери. Томми резко постучал и, как только дверь распахнулась, исчез за углом.

Комната оказалась довольно светлой. В воздухе чувствовался запах гари. Переступив порог, Монк невольно обратил внимание на застекленные отверстия в потолке и окна огромной величины. Конечно, для подделки документов требуется хорошее освещение.

Человек, находившийся в комнате, повернулся к вошедшим. Был он коренастый, широкоплечий, с большими, плоскими, как лопаты, руками. Многолетняя грязь въелась в бледную кожу его лица, а бесцветные волосы торчали в разные стороны.

— Ну? — раздраженно осведомился он.

Монк мельком увидел его гнилые, обломанные зубы. Ему почудилось, что даже на таком расстоянии он чувствует зловонное дыхание.

— Вы сделали для двух человек удостоверения сотрудников полицейского участка на Лайм-стрит. — Это было скорее утверждение, чем вопрос. — Сами вы мне не нужны. Мне нужны эти двое. Дело связано с убийством, так что вам лучше держаться от него подальше.

Мужчина взглянул на него искоса. Тонкие губы растянулись в понимающей ухмылке.

— Вы — Монк?

— Допустим.

Монк был удивлен, что мужчина о нем слышал. Неужели слава о нем простиралась столь широко? Скорее всего.

— Вы раскручиваете этот грабеж? — Коренастая туша затряслась от беззвучного смеха.

— В том числе и грабеж, — ответил Монк. Не следовало говорить, что убийство и ограбление произошли в разное время. Угроза виселицы — хороший козырь.

— Чего вам надо? — спросил мужчина. Он уже не смеялся; голос его прозвучал хрипло.

— Кто они? — настаивал Монк.

— Ну, мистер Монк, откуда же мне знать! — Мужчина пожал плечами. — Я у них имена не спрашивал.

— Очень может быть. Но кто они такие, вы знаете. Не прикидывайтесь дураком, это вам не идет.

— Я знаю многих, это верно, — согласился он, и голос его упал чуть ли не до шепота. — Но не каждого же бродягу, который замахнулся на кражу со взломом!

— Бродягу? — Монк посмотрел на него с издевкой. — Вы что же, делали им документы бесплатно? Из сострадания? Вам заплатили. Если не они лично, то кто-то другой. Меня интересует, кто вам платил.