Фланнаган в замешательстве кивнул.

– Что ж… возможно, я смогу вам помочь, – тихо и нерешительно проговорил он, – и помочь лучше, чем кто-либо другой. Мне дали спецзадание, поэтому у меня есть сведения, которые я вряд ли бы получил при других обстоятельствах.

– Похоже, вы решили открыть карты, сержант. Что у вас было за спецзадание?

– Я был нянькой. Два года назад с Норманом стало твориться неладное. Я присматривал за ним, а на случай проблем мне дали телефонный номер в Нью-Йорке.

– Этот номер может мне пригодиться.

– Он и еще несколько номеров, которые я списал на случай…

– На случай, если кто-нибудь решит, что в услугах няньки больше нет необходимости, – закончил фразу Борн.

– Что-то вроде того. Эти мерзавцы всегда нас ненавидели; Норман этого не понимал, в отличие от меня.

– Нас? Вас с Рейчел и Свайном?

– Военную форму. Они задирают перед нами свои богатые гражданские носы, как будто мы неизбежный мусор, и в этом они правы – без нас они не могут. Они нуждаются в Нормане. Они его не переносят, но он им нужен.

Солдаты не могли с этим мириться. Альберт Армбрустер, председатель Федеральной комиссии по торговле. У «Медузы» гражданские наследники.

– Если вы говорите, что записывали номера, то рискну предположить, что вы не участвовали в собраниях, которые проходили – и проходят – здесь довольно регулярно. Это означает, что вы не бывали в числе приглашенных.

– Вы что, спятили? – завизжала Рейчел Свайн, как всегда быстро реагируя на вопрос Джейсона. – Когда здесь устраивались настоящие собрания, а не развратные пьяные оргии, Норм приказывал мне оставаться наверху или идти к Эдди и смотреть телевизор, если мне этого хотелось. Эдди не имел права покидать свою будку. Мы не были достаточно хороши для его избранных козлов-друзей. Это продолжалось годами… Как я и говорила, он подталкивал нас друг к другу.

– По-моему, я начинаю понимать – по крайней мере, мне так кажется. Но, сержант, вы ведь записали номера автомашин. Как вам это удалось? Вы же не имели права покидать помещение.

– Я и не занимался этим сам, все проделали мои охранники. Я назвал это секретным охранным мероприятием. Никто не спорил.

– Понимаю. Вы сказали, что года два назад со Свайном стало происходить неладное. Что именно?

– Да вот как сегодня. Если случалось что-нибудь необычное, он трусил, не хотел принимать решения. Даже если это касалось «Снейк Леди», ему было проще спрятать голову в песок и переждать.

– Так что же произошло сегодня? Я видел, как вы вдвоем спорили… Мне показалось, будто сержант отчитывал генерала.

– Так и было. Норман был в замешательстве – из-за вас, из-за человека по имени Кобра, который напомнил о тех неприятных событиях в Сайгоне двадцать лет назад. Он хотел, чтобы я был с ним, когда вы придете, но я отказался. Я сказал, что еще не совсем сошел с ума; а надо было быть сумасшедшим, чтобы остаться.

– Почему? Что с того, если помощник генерала останется со старшим офицером?

– Потому же, почему призывники не приглашаются в планирующий отдел, когда высшее командование разрабатывает стратегию. У нас разный уровень.

– Из чего следует, что вы знаете не все.

– Точно.

– Но вы же были в Сайгоне двадцать лет назад, вы были в «Снейк Леди» – черт, сержант, вы же были бойцом «Медузы», вы и сейчас боец «Медузы».

– Совсем другой статус, Дельта. Я подметаю двор, а эти люди заботятся обо мне, хотя я всего лишь уборщик в военной форме. Когда придет время демобилизовываться, я либо тихо и молча уйду на пенсию, либо меня вынесут в мешке для трупов. Это же очевидно. Меня легко заменить.

Борн внимательно наблюдал за сержантом во время разговора и заметил быстрые взгляды, которые тот бросал на жену генерала, как бы ожидая увидеть в ее глазах одобрение или, напротив, приказ замолчать. Получалось, что либо здоровенный помощник генерала говорил чистую правду, либо он был отличным актером.

– Сдается мне, – произнес наконец Джейсон, – что сейчас самое время поторопиться с выходом на пенсию. Я могу этому поспособствовать, сержант. У вас будет возможность тихо и молча исчезнуть, со всеми вашими наградами за уборку помещений. Преданный помощник генерала с более чем тридцатилетней выслугой лет уходит в отставку после того, как его друг и старший по званию офицер совершил самоубийство. Ни у кого не возникнет вопросов… Вот что я предлагаю.

Фланнаган снова посмотрел на Рейчел Свайн; она коротко кивнула, затем посмотрела на Борна.

– Каковы гарантии того, что мы сможем собраться и уехать? – поинтересовалась она.

– А как быть с удостоверением об увольнении и военной пенсией сержанта Фланнагана?

– Я заставил Нормана подписать все бумаги еще восемнадцать месяцев назад, – вмешался помощник. – Я был постоянно приписан к его отделу в Пентагоне и жил вместе с ним. Мне нужно всего лишь вписать дату, мое имя и данные генерала, которые мы с Рейчел уже выяснили.