Одновременно другой похититель, Сид де Кейрос Бенжамин, периодически информировал о ходе событий остальных членов групп «МР-8» и «АЛН». Для этого он регулярно должен был выходить в город. Там, на улицах Рио, он с удовлетворением отмечал, что у всех приподнятое настроение. Какой-то незнакомый таксист сказал Сиду, что восхищается теперь двумя группами людей: теми, кто высадил человека на Луне (три месяца назад Нил Армстронг стал первым человеком, ступившим на ее поверхность), и теми, кто похитил американского посла.

Другой член группы «МР-8» слышал, как люди в автобусе восхищенно говорили, что впервые за всю историю нашлись наконец бразильцы, способные действовать независимо от Соединенных Штатов. Всюду можно было встретить людей с прижатыми к уху миниатюрными радиоприемниками, словно сейчас проходил чемпионат мира по футболу.

Сид успешно справился с задачей, но похитителей подвело другое. Дом, который они использовали теперь как «народную тюрьму», вовсе не был для этого предназначен, поэтому спецслужбам легко удалось напасть на их след.

Услышав, как кто-то внизу негромко свистнул, Элбрик понял, что там что-то стряслось. Стороживший его похититель тут же выхватил пистолет и направил его на посла.

Фернандо, дежуривший внизу, пошел узнать, кто там стучится в дверь. На крыльце стояли двое в штатском. Один из них спросил, здесь ли живет такой-то, и назвал фамилию. Фернандо слышал фамилию впервые, и поэтому ответил:

— Такие здесь не живут.

— Странно, — сказал один из незнакомцев. — А нас сюда пригласили на обед.

Затем они извинились и ушли. Фернандо захотел выяснить, действительно ли те ошиблись адресом или это агенты тайной полиции. Подождав несколько минут, он тайком вышел на улицу и проник в сад соседнего дома. Через ограду он слышал, как один из незнакомцев говорил что-то по телефону тихим и монотонным голосом. Фернандо решил, что тот, видимо, в очередной раз докладывает обстановку. Он тут же вернулся в дом, чтобы предупредить своих товарищей. Возможно, сказал он, это всего лишь обычный обход всех домов подряд, но мы должны все же быть готовыми к тому, что они теперь знают, где мы, и скоро снова сюда придут, но уже с подкреплением.

Все стали ждать. Прошел час, но никто не появлялся. Тогда они еще раз свистнули наверх. Стороживший Элбрика похититель облегченно вздохнул и опустил пистолет. Посол в тот же миг с ужасом осознал, что, если бы это была полиция, его убили бы первым.

Подозрения Фернандо оказались верными. Те двое были агентами бразильской военной разведки. Соседи, видимо, сообщили им, что в доме происходит что-то непонятное, и те явились проверить. Одного взгляда через плечо Фернандо им было достаточно, чтобы понять, что посол должен быть где-то здесь. Но эти двое и не подозревали, что еще до того военно-морская разведка СЕНИМАР тоже разнюхала об этом доме и направила туда автомашину с собственными агентами. Притаившись на другой стороне улицы, те уже следили за всеми, кто входил в дом и выходил из него. Агенты военно-морской разведки без труда узнали своих коллег из армии. В какой-то момент, когда те подходили к дому, они даже подумали, что разоблачили двойных агентов конкурирующей фирмы.

(Агенты разведки ВМФ фотографировали всех, кто входил в дом и выходил из него. Однажды, когда Фернандо вышел на улицу, чтобы оставить в тайнике сообщение для прессы, один из агентов поехал за ним на мапшне. Позже, уже в тюрьме, он напомнил Фернандо об этом эпизоде. Тот посмотрел на него ничего не понимающим взглядом. «А ты что, разве не видел меня?» — спросил агент. «Нет», — ответил Фернандо. «Какой же я дурак, — вздохнул сыщик. — Я-то думал, что ты засек меня, и потому уехал менять машину. А когда вернулся, тебя уже и след простыл».)

Пока велась вся эта слежка, Лира Таварес, действовавший по поручению хунты, решил удовлетворить требование похитителей и отправить на самолете всех 15 политзаключенных в Мехико. Канцелярия Магальяйнса Пинте объявила, что тот собирается обратиться к народу с речью. В посольстве США праздновали победу. Таварес получил целую кипу благодарственных телеграмм, в которых превозносилась его мудрость и смелость.

По поздно вечером в пятницу (видимо, после того, как СЕНИМАР удалось обнаружить интересовавший их дом) пронесся слух, что сторонники жесткого курса настояли на отмене принятого решения и что ни один политзаключенный освобожден не будет. Все это зазвучало еще более правдоподобно, когда Магальянис Пинто неожиданно отменил свое обращение к народу. Вскоре слух дошел и до агентов ЦРУ в Рио, и один из них поспешил с докладом к Уильяму Белтону.

Белтон занимался вопросами безопасности американского посольства, но делал это не столь рьяно, как того хотелось бы военным и полицейским советникам. Как-то на территорию посольства пробрался вор, укравший сумочку у одной посетительницы, когда та находилась в туалете. Полицейские советники воспользовались этим для того, чтобы рекомендовать усилить охрану посольства, однако Белтон делать этого не стал. «Когда к нам в посольство приходят люди, — доказывал он, — они должны чувствовать себя спокойно и не натыкаться то и дело на людей в военной форме». Учитывая такое отношение к служебным обязанностям, мало кто из полицейских советников сочувствовал Белтону, когда тот пришел в отчаяние, узнав о похищении посла.