–  И ты думаешь, что Двуречье когда-нибудь сможет стать прежним - таким, каким ты его помнишь?

Он помедлил. Фэйли была права: перемены начались ещё перед их отъездом. Деревни разрастались от прибывающих из-за гор беженцев.

Теперь же у множества присоединившихся к нему в ходе войны людей засела в голове мысль о лорде…

–  Я мог бы найти другое место, - заявил он, чувствуя, что просто упрямится.
– Есть и другие деревни. Не все же они изменятся.

–  И ты потащил бы меня в одну из таких деревень, Перрин Айбара?
– спросила она.

–  Я… - что стало бы с Фэйли, его красавицей Фэйли, заточённой в какой-то сонной деревеньке? Он простой кузнец - и всегда на этом настаивал. Но была ли Фэйли женой кузнеца?

–  Я никогда не буду тебя к чему-то принуждать, Фэйли, - наконец сказал он, осторожно заключая её лицо в ладони. Дотрагиваясь до её атласных щек своими толстыми, мозолистыми пальцами, он всегда чувствовал себя неуклюжим.

–  Если ты хочешь именно этого, я последую за тобой, - ответила она. Странно. Он ожидал от неё отповеди в ответ на его неуклюжие рассуждения.
– Но этого ли ты хочешь? На самом деле?

–  Я не знаю, чего я хочу, - откровенно ответил Перрин. Нет, он не хотел тащить Фэйли в деревню.
– Может быть… стать кузнецом в каком-нибудь городе?

–  Если пожелаешь, - повторила она.
– Правда, таким образом Двуречье останется без правителя. И им придётся подыскать кого-то другого.

–  Нет. Им не нужен лорд. Поэтому я и должен это пресечь - что они обращаются со мной, как с лордом.

–  И ты думаешь, что они сразу оставят эту мысль?
– спросила Фэйли. Её запах донёс удивление.
– После того, что они видели, как поступают все остальные? После того, как подлизывались к этому дураку Люку? После принятия всех этих привыкших к лордам людей с Равнины Алмот?

Что сделают жители Двуречья, если он откажется быть их правителем? В этот момент озарения он понял, что Фэйли права. «Наверняка они найдут кого-то получше, - подумал он.
– Может быть, мастера ал'Вира».

Но мог ли Перрин на это положиться? Люди вроде мастера ал'Вира или Тэма могли отклонить подобное предложение. А что, если они остановят свой выбор на ком-то вроде старого Кенна Буйе? Будет ли вообще у них альтернатива? Если Перрин отойдёт в сторону, не захватитли власть кто-нибудь, изображающий из себя дворянина?

«Не будь дураком, Перрин Айбара, - подумал он.
– Почти любой будет лучше тебя».

И всё же сама мысль о том, что кто-то возьмёт на себя управление - станет правителем - наполняла его сильной тревогой. И неожиданной печалью.

–  А теперь, - сказала Фэйли, - хватит ломать голову. У меня грандиозные планы на этот вечер.

Она трижды громко хлопнула в ладоши, и внизу всё пришло в движение. Вскоре на вершине холма появились слуги. Перрин узнал в них людей, набранных самой Фэйли из числа беженцев. Преданных ей, как и Ча Фэйли.

Они принесли полотно и расстелили его на земле. Затем накрыли сверху покрывалом. И что за аромат он учуял снизу? Ветчина?

–  Фэйли, чтоэто?
– спросил он.

–  Сначала, - ответила она, - я предполагала, что ты приготовил что-то особенное на наш шанна'хар. Тем не менее, меня стало беспокоить твое молчание. И потому я пустилась в расспросы. Оказалось, что в Двуречье вы его не отмечаете. Странно, но так и есть.

–  Шанна'хар?
– переспросил Перрин, почесав голову.

–  В ближайшие недели, - ответила Фэйли, - исполнится год, как мы женаты. Наш первый шанна'хар - годовщина свадьбы.

Она скрестила руки, наблюдая, как слуги сервируют еду.

–  В Салдэйе мы каждый год празднуем шанна'хар в начале лета, чтобы отметить ещё один год вместе, ещё один год, в который ни муж, ни жена не достались троллокам. Обычно молодым парам советуют смаковать первый шанна'хар, как смакуют первый кусок сочной пищи. Брак бывает в новинку лишь однажды.

Слуги расставили еду, а также несколько свечей, в стеклянных бокалах. Улыбнувшись, Фэйли знаком отпустила слуг, и те удалились по склону холма. Фэйли явно позаботилась о том, чтобы приготовленные блюда выглядели пышно. Вышитое покрывало, возможно, было трофеем, добытым у Шайдо. Еда была разложена на серебряных тарелках и блюдах. Ветчина лежала на подложке из варёного ячменя, украшенная сверху каперсами. Было даже вино.

Фэйли подошла к нему ближе.

–  Я понимаю, что в этом году было много такого, чем наслаждаться не стоит. Малден, Пророк, суровая зима. Но если всё это цена за то, чтобы быть с тобой, Перрин, то я, не задумываясь, заплачу её дюжину раз.

–  Если бы всё было в порядке, следующий месяц мы бы провели, одаривая друг друга подарками, подтверждая нашу любовь и празднуя наше первое лето в качестве супругов. Я сомневаюсь, что у нас будет месяц заслуженного покоя. Но хотя бы этот вечер нам следует провести вместе и насладиться им.