— Мерин из Брайтона? — спросил Роберт театральным шепотом, словно актер, исполняющий роль Гая Гисборна, которому срочно надо отработать реплику о стрелке из Шервудского леса. — Покажите!

Но торговец и так почти тащил его за рукав узкими проходами между натянутыми веревками и бревенчатыми заборчиками.

— Вот! — гордо воскликнул он. — Красавец, правда?

Роберт поднырнул под канат и приблизился к покорному гнедому, выглядевшему немного утомленным путешествием.

— Хотелось бы посмотреть на его бумаги, — с замиранием сердца произнес он, но сомнений уже не оставалось.

Такой же выпуклый профиль, широкую грудную клетку и слегка покатый круп Роберт видел недавно у другого коня, которого даже без белого сердечка на лбу можно бы было назвать близнецом этого.

— Он без бумаг, но его освидетельствовали наш ветеринар и специалист по упряжным лошадям…

— Ворованный? — резко спросил Роберт.

— Что вы, что вы! Сейчас у нас с этим строго, — худощавый отмахнулся. — Либо незарегистрированная вязка, либо приблудный. Кто же нынче ворует лошадей?

— Я знаю его хозяина. — Роберт весь подобрался, уже зная ответы на большинство вопросов, но желая докопаться до мелочей. — И знаю обстоятельства, при которых эта лошадь пропала. Упаси вас боже кому-то ее перепродать, неприятности я вам обещаю…

— Что-то здесь не так. Я взял ее у людей, с которыми работаю уже несколько десятков лет, я купил у них не одного пони и не одного тяжеловоза, какой им смысл воровать лошадей? Или у вас расовые предрассудки?

— Какие пони? Цыганские кобы небось? — Роберт похлопал лошадь по шее. — Пока, Агнец! — и вернулся к Артуру и Кайлу, тоже начинающим смекать, в чем дело.

— Ну да, они регулярно привозят мне подрощенных жеребят кобов, да нет же, не может эта лошадь быть ворованной…

— Уверяю вас, в ближайшие часы я телеграфирую ее истинному хозяину, и он немедленно примчится за своей собственностью. Вы, скорее всего, введены в заблуждение, но вот с тем, кто украл лошадь, разговор будет серьезный.

— Вы назвали его Агнцем, — вздохнул худощавый, обмякая. — А у нас он откликнулся на кличку Ламби [1] . Значит, вы не обознались.

— Эту лошадь невозможно не узнать, пол-Брайтона подтвердит вам ее имя, слишком приметная и давно возила туристов и местных по городу. Кто ее привел? Цыгане?

— Семья Влада и Гало, я уж не знаю, кто там у них старший, — торговец чуть не плакал, с досадой сжимая в руках хлыст. Ярость в нем мешалась с разочарованием, но он старался держать удар и, видимо, уже придумывал способ вернуть свои деньги.

— Ясно, — бросил Роберт и помчался к цыганскому стойбищу.

Откинув щеколду, Влад приоткрыл одну из дверей и спустился на ступеньку. Кэрри поняла, что другой такой случай подвернется не скоро: руки цыгана заняты Эдвином, сам он идет по узким деревяшкам и занимает неустойчивое положение.

С отчаянием девушка бросилась вперед, запоздало подумав, что в этой схватке может пострадать беспомощный Лоуэлл.

Влад упал, не вполне понимая, что случилось, но среагировал мгновенно: свернувшись клубком и кувырнувшись несколько раз, он вскочил на ноги, полностью готовый к обороне: чуть приседая, с лезвием каргаса в руке, сверкая зрачками и оскалившись белоснежными зубами. Кэрри перепрыгнула через лежавшего на ступеньках Лоуэлла и бросилась наутек.

Влад растопырил пальцы — Кэролайн не видела, но хорошо представляла, как это выглядит: выпущенные хищные когти — и прыгнул, оказавшись сразу за ее спиной.

— Куда же ты, дорогая? — нежно спросил он.

Девушка метнулась в сторону, оставив у него в руках пиджак, и побежала к тем загородкам, которые не выводили к цирку, — к этому заведению она теперь ни за что не рискнула бы сунуться.

Впереди показались люди, три человека, к радости Кэролайн, точно не цыгане и не цирковые.

— Сюда, сюда, Кэрри! — крикнул один из них, и девушка, собрав последние силы, пересекла истоптанную площадку и попала в объятия Роберта.

Влад тигром налетел на них, но между ним и спасающейся Кэрри оказался упитанный Артур, которого сбить с ног было непросто даже очень сильному человеку.

— Что тут происходит? — возмущенно воскликнул он.

Влад мгновенно вытащил каргас и приставил к его горлу.

— С дороги! — прорычал он.

— Но-но! — Артур втянул голову и шею в плечи, но с места не сдвинулся, напротив, попытался дернуть цыгана за рукав.