Заныли тормоза, поезд дернулся и замер. Закинув на плечо спортивную сумку, я по-мальчишечьи спрыгнул на перрон. Когда за спиной хлопнули массивные двери зала ожидания, встал, гордо вскинув подбородок, в недлинную очередь под желтым щитом с черными шашечками.

— Привет землякам! — возник откуда-то парень лет 25-ти в не слишком новой кожаной куртке и в кожаной же, сдвинутой на левое ухо фуражке. — Вижу, вы в первый раз здесь, решил вот помочь… Имейте в виду: на «частнике» тут куда выгоднее передвигаться, — пояснил он. — Треть сэкономите, не меньше!

— А они тогда чего же стоят? — кивнул я в сторону очереди.

— Так это ж коренные латыши, — склонился к моему уху «бомбила», — они нас в упор не замечают. Мы ж для них, вроде как, оккупантами считаемся…

— А сколько стоит доехать до местечка Рамава? — поинтересовался я, решив, что не время сейчас разбираться в хитросплетениях местной политики.

— Так это смотря как платить будете…

— Марки немецкие подойдут?

— Вполне. За пятнадцать марок доставлю за полчаса!

Серая «девятка» стояла буквально в ста метрах от вокзала, и через три минуты мы уже мчались по узким улицам латышской столицы.

— Как тут жизнь идет, — полюбопытствовал я, — куда горбачевская перестройка вырулила?

— У кого как, — отозвался водитель, строго выдерживая разрешенную скорость. — Те, что крутятся возле транспорта или порта, зацепились неплохо, а остальным туговато приходится. Прямо хоть, подобно евреям, ехать искать землю обетованную. Мой кореш Васька Гольтяпин так и поступил, между прочим. Не могу, говорит, здесь больше оставаться, всё одно нормальной жизни уже не будет. Квартиру продал и рванул…

— И что, неужто нашел землю обетованную?

— Похоже на то, — усмехнулся словоохотливый собеседник. — В каком-то Кейптауне обосновался. Вон в какую даль укатил — аж в Южную Африку! Денег на дорогу у всего дома назанимал, но вернул. Нескоро, правда, но в итоге расплатился со всеми…

«Опять Южная Африка! — беспокойно заерзал я. — Мистика? Совпадение? Судьба?»

— Извините, уважаемый, а нельзя ли попросить у вас координаты вашего друга? Я, знаете ли, надумал на писательскую ниву податься, вот и собираю разные занимательные истории, — принялся я на ходу сочинять «легенду». — А история вашего друга весьма меня, признаться, заинтересовала. Хотелось бы, так сказать, получить информацию из первых рук, узнать о его впечатлениях, переживаниях…

— Да какие у него могут быть впечатления? — ухмыльнулся водитель. — Вкалывает небось на какой-нибудь шахте… Вон, кстати, и Рамава ваша показалась. Улица какая нужна?

— Дапкунайтиса, 22, — отрапортовал я, с интересом разглядывая утопающие в зелени домики. — Вы, простите, не подождете меня несколько минут? Вдруг дома никого нет?…

— Подожду, конечно, — согласно кивнул парень, принимая от меня купюры, — но желательно недолго: время — деньги!

Я торопливо направился к ближайшей двери, намереваясь выяснить, где находится третья квартира. Но едва я протянул палец к звонку, как распахнулись створки соседнего окна, и из него высунулась миниатюрная голова благообразной седой старушки.

— Вы к кому, молодой человек? — обратилась она ко мне неожиданно высоким голосом.

— Третью квартиру ищу, — учтиво поклонился я, — Галину Койтовну приехал навестить. Я ее племянник, из Москвы…

— А-а, — почему-то разочарованно протянула старушка, — тогда вам надо в другой подъезд. Только у них никого нет дома, а Кристиночка разве что к вечеру прибежит.

— Спасибо большое, — поклонился я и вернулся к таксисту.

— Что, — сразу уловил он мое настроение, — никого не застали?

— Увы, такая вот незадача. Но я, пожалуй, во дворе посижу, вернется же кто-нибудь рано или поздно…

— Удачи! Если надумаете поездить по окрестностям, — протянул мне водитель визитную карточку, — звоните! Всегда буду рад помочь.

Скучая, я провел на скамейке часа два или чуть больше. Всё это время неугомонная старушка внимательно наблюдала за мной, выставив во фрамугу небольшое зеркальце. Я, разумеется, замечал ее хитрые маневры, но в душе лишь посмеивался. Наверное, на старости лет человеком овладевает такая тоска, что приходится компенсировать ее хотя бы такими несерьезными занятиями.

Вдруг хлопнула калитка, и во дворе появилась девушка лет семнадцати. Стройная, с роскошной косой, перекинутой через плечо, она так легко и изящно двигалась по дорожке, что я невольно залюбовался ею. Встрепенулся, лишь когда красавица подошла к двери нужного мне подъезда.

— Одну минуточку, барышня, — воскликнул я, за считанные секунды преодолев расстояние от скамейки до нее.

Девушка удивленно взмахнула длиннющими ресницами и застыла, словно олененок, неожиданно наткнувшийся на волка.