Однако по вечерам чета Монтгомери встречалась почти постоянно, и в такое время они относились друг к другу подчеркнуто вежливо, хотя никогда не разговаривали. Но подобное поведение никого не удивляло, так как многие семейные пары в Уайтхолле вели себя точно так же.

Во второй половине дня Велвет и другие придворные дамы ездили в Лондон за покупками, а также посещали гадалок или театры. Кроме того, она довольно час-го принимала приглашения вдовствующей графини и, разумеется, приглашения его величества, то есть постоянно оказывалась в королевской ложе.

В один из вечеров в зале приемов к ней подошла Барбара Палмер и с усмешкой сказала:

— На этой неделе король не пропустил ни одной постановки. Пьесы и игра актеров его просто завораживают: Уверена, однако, что эта новинка ему скоро надоест.

— Какую новинку ты имеешь в виду? — спросил стоявший рядом Бакингем. — Исполнение хорошенькими актрисами куплетов и уличных песенок? Или балетные танцы, где актрисы обнажают красивые ноги?

— Да, действительно, костюмы у танцовщиц довольно откровенные, но у актрис, что на сцене, есть и вкус, и красота, — заметила Велвет.

— Обыкновенные простушки! — фыркнула Барбара. — К тому же — дешевые шлюхи. Каждая из них готова лечь с мужчиной за полкроны.

— Все мы имеем свою цену, — процедил герцог.

Барбара взглянула на него, прищурившись:

— Что ты имеешь в виду, милый Джордж?

Герцог с улыбкой пожал плечами:

— Ну, если туфли подходят тебе по размеру, милая кузина, то тогда…

— Лучше помолчал бы, — перебила Барбара. — Ты сохранил свое богатство только потому, что женился на дочери Фэрфакса, генерала «круглоголовых».

Бакингем весело рассмеялся.

— Обратись к доктору Фрейзеру, дорогая кузина. Он пропишет тебе что-нибудь от дурного настроения.

— Скажи, кузен, это, случайно, не тот самый доктор, который лечил у тебя кожную сыпь?

— Какая же ты ядовитая, — проворчал герцог. — Ничего удивительного, что его величество решил отправиться в Эпсом подальше от тебя. Думаю, эти несколько дней пойдут ему на пользу. Полагаю, его ужасно утомили твои постоянные претензии и требования.

Барбара зевнула в лицо Бакингему и взяла Велвет под руку.

— Извини, кузен Джордж. Нам срочно требуется проветриться.

— Здесь и впрямь довольно душно, — согласилась Велвет. — Может, выйдем на балкон?

— Да, пожалуй, — кивнула Барбара. — Только давай сначала возьмем по бокалу вина.

Дамы с бокалами в руках вышли на балкон и присели на каменную скамью.

— Когда тебе нужно что-нибудь получить от Монтгомери, к какому средству ты прибегаешь — уксусу или меду? — спросила Барбара.

— Иногда не помогает ни то ни другое. Уж очень он любит все решать сам, — ответила Велвет и тут же пожалела о том, что разоткровенничалась с Барбарой.

— Что ж, понятно… Тогда поплачь немножко и позволь ему думать, что он действительно все решает сам, — в том-то и состоит настоящий женский ум. — Барбара допила свой бокал. — Слушай, сегодня даже на балконе жарко, а от реки тянет какой-то дрянью. О, у меня идея! Почему бы нам не сесть в мою карету и не отправиться в субботу в Эпсом?

Велвет тут же согласилась:

— Что ж, замечательно. Заодно мы сможем заехать в мой дом в Роухемптоне.

Карл Стюарт и Грейстил Монтгомери, сидя на своих любимых меринах, выехали из Уайтхолла в пятницу вечером. За ними следовала карета с личным камердинером короля, а также с грумом и слугой, отвечавшим за корзины с припасами и за ящики с вином.

— Благодарю вас за щедрость, сир, — сказал Монтгомери, — но, насколько я знаю, в моем доме в Роухемптоне достаточно еды и напитков, чтобы накормить и напоить целый полк.

Король весело рассмеялся:

— Бакингем и Лодердейл назначили себя ответственными за сегодняшние развлечения, и один Господь знает, кого они с собой привезут. Подозреваю, что Джордж готовит какой-то сюрприз.

— И мне так кажется, — кивнул Грейстил. — Когда мы уезжали, у них у обоих был вид истинных заговорщиков. Если же принять во внимание их необычные вкусы, сир, мне не терпится взглянуть на результаты их совместной деятельности.

Они доехали до Роухемптона менее чем за час. Когда же мистер Клегг вышел из конюшни и увидел, что к нему скачет верхом сам король в сопровождении хозяина, его едва удар не хватил.

— Его величество прихватил с собой грума, Альфред, так что о лошадях позаботится он, — сказал граф. — Мы здесь просто проездом. Направляемся на завтрашние скачки в Эпсоме.

Грейстил повел короля к дому.

— Этот елизаветинский особняк очарователен, — заметил Карл. — Как тебе удалось его заполучить?