— Действуют мгновенно? — деловито поинтересовался он.

— Это смотря какое насекомоядное.

— Мне для человека.

— Тебя отец подослал? — насторожилась бабушка, переставая чистить кастрюлю.

Асик верил искусству. И верил взрослым. Если дядя написал про эту графиню, то так оно и было. Да и кто разрешит врать в книжках… Хотя Асику набежало всего восемь лет, у него уже имелись на примете люди, которых стоило отравить. Вот, скажем, Петька из пятого «Б», долбящий второклашек по темечку пальцем в наперстке. Придет он в буфет, возьмет бокал шампанского… Асик вспомнил, что шампанское у них не продают и Петька пьет только компот. И тут же понял графиню: действительно, сыпать яд в компот, в котором плавают сладкие абрикосы и груши, может только дурак.

В среду папа пришел с работы и весело предложил:

— Айда в кино!

— Айда, — согласилась мама.

— Айда, — схватил шапку Асик.

Но в кинотеатре висела табличка «Дети до шестнадцати лет не допускаются».

— Пустите, он же ничего не поймет, — начал уговаривать папа билетершу.

Его пустили. Фильм был про какого-то комиссара, который ловил какую-то мафию. Пока стреляли из пистолетов, Асик только вздрагивал и считал убитых. Когда начали строчить из автоматов — из них больше убьешь — он на время закрывал глаза. А когда дядя на экране догадался бросать трупы в бетонный раствор и замуровывать их в стены — Асик спрятался за плечи впереди сидящего и начал икать.

Дома он обедать не стал, а только согласился выпить молока.

— Бабушка, а кто такая мафия?

— Под нами живет, — сразу ответила бабушка.

Асик отставил молоко и тихо спросил:

— Она жуткая?

— Да уж лучше с ней не связываться.

Асик понял, что спокойная жизнь кончилась. У него даже нет пистолета, хотя, с другой стороны, против мафии не помешала бы и пушка. Он глянул в пол, под которым эта самая мафия, возможно, тоже сейчас пила молоко.

— Откуда же она у нас взялась?

— Приехали из Калининской области.

— А не из Италии?

— Кому такая злыдня нужна в Италии… Но капусту квасит хорошо. Как-то по-особому. Я так не умею.

— Ты про кого говоришь? — подозрительно спросил Асик.

— Как про кого? — удивилась бабушка. — Ты ж про Марфу спрашиваешь?

— Ну и теща! — в сердцах сказал Асик отцовским голосом и придвинул молоко.

— Научился! — тоже в сердцах сказала бабушка своим собственным голосом.

В четверг после ужина папа достал газету. Почитав с полчасика, он гмыкнул и заключил:

— Да… На Западе все больше употребляют алкоголь, никотин и марихуану.

— Зачем они употребляют алкоголь? — сразу оживился Асик.

Папа подумал и объяснил:

— Чтобы обалдеть.

— А никотин?

Папа размышлял дольше, пожевывая губами:

— Чтобы забалдеть.

— А марихуану?

Теперь папа окончательно задумался, с надеждой уставившись в газету.

— Чтобы подбалдеть, — наконец нашел он нужную приставку.

Асик представил жуткую компанию. Главарь Алка, вернее Алька по фамилии Голь — зеленый, худой, с синим носом и кольтом под мышкой. Член шайки Ника по фамилии Тин — толстый, но подлый. Их подружка Мари по фамилии Хуана — в брюках и с сумочкой, набитой ядами. Ночью останавливают людей в темном месте и балдят по голове.

Асик пошел на кухню поделиться:

— Бабушка, ты когда-нибудь балдела?

— Передай ему, что от балды слышу! — отрезала бабушка.

В пятницу папа включил телевизор и спросил:

— Хочешь увидеть настоящих мужчин?

На такой праздный вопрос Асик даже не ответил и только молча придвинулся к экрану.

Два настоящих мужчины оказались в трусах, майках и пузатых черных перчатках. Когда один настоящий мужчина ударил другого, Асик понял, что это есть бокс. Потом одного из них унесли — он оказался ненастоящим. Следующая пара тоже не додралась: врач запретил, потому что у боксера из правого угла ринга нос загнулся влево. Боксер третьей пары нарушил правила — пинал ногой лежачего. Боксер четвертой пары после удара по голове не упал, но никого не узнавал и ходил по рингу с блуждающим взглядом…

Досмотрев бокс, Асик подумал, что в школе за такое мордобитие вызвали бы милицию. И без всякой задней мысли поинтересовался у бабушки, которая лепила на завтра пельмени:

— Ты боксом когда-нибудь занималась?

— С твоим отцом, что ли? — начала уточнять она.

В субботу Асик уходил в школу, а папа с другими

охотниками был уже в лесу. Вернулся он вечером, обветренный, возбужденный и радостный. Поставил в угол ружье, скинул громадный, тяжелый рюкзак, вернулся на лестницу и внес разлапистый куст, который занял полпередней. Присмотревшись, Асик понял, что это рога.

— Лось был красавец, — сообщил папа. — Я свалил его одним выстрелом.

— Красавца-то жалко, — заметил Асик.

— Так ведь зверь, — улыбнулся папа.

— Он на тебя напал? — Асик понял, почему папа был вынужден стрелять в красавца.

— Да нет, я сам на него напал.

— Тогда ты зверь, — насупился сын.

Папа рассмеялся и показал на рюкзак:

— Мясо-то нужно.

— Кашей бы обошлись, — все-таки не согласился Асик и пошел на кухню, потому что в передней запахло мясом, порохом и кровью.