— Саша, а кем вы работаете? — заинтригованно спросила Нина, отказавшись от мысли, что я молочу фарш.

— Вероятно, вы отлавливаете мышей? — предположил папа.

— А что — отлавливаю, — согласился я и похолодел.

— Для чего же они нужны? — удивилась мама такой экзотической профессии.

— Как для чего… — обиделся я. — Для народного хозяйства.

Надо было как-то остановиться, и я уткнулся в чай. Чтобы уйти от Нининого взгляда, мне пришлось обратить распаренное лицо к маме.

— Да, — вздохнула мама, — кого сейчас только не отлавливают. Да вы с вареньем!

Я начал с вареньем, чтобы уж покончить с этим делом разом. Мне пришла в голову хорошая мысль — вытаскивать косточки изо рта чайной ложкой: и гигиенично, и красиво.

Ощутив во рту первую косточку, я отпил глоток чаю, взял ложку и начал ею шарить под языком. Не знаю, чего они в этом увидели особенного, но папа остановился на полуглотке, мама прижала руки к груди, а на Нину я уже и не смотрел. Видимо, им показалось, что я налил чаю в рот и стал там его помешивать.

Так я и не вытащил ни одной косточки. Мне пришлось поглощать варенье в абсолютной тишине, рассовывая их по углам: за десны, под язык… Когда косточек скопилось во рту штук десять, то, посмотрев-посмотрев на меня, мама спросила:

— Саша, а какое у вас образование?

— Ышее, — ответил я, придерживая косточки губами, чтобы они не вывалились в вазочку с вареньем.

Махом допив чай, я с ужасом почувствовал, что некоторые из этих самых косточек пошли в горло, но куда надо не дошли. «Подавился, — мелькнуло в голове, — только бы не закашляться…»

Я взялся за край стола и напрягся — стол мелко задрожал, будто его мгновенно схватила малярия. Видимо, от напряжения я позеленел, потому что папа побагровел. И когда все чашечки и вазочки от вибрации тонко запели, а я вздулся, как полиэтиленовый мешок с водой, папа вскочил, железно схватил меня за руки и прижал к стулу. Я еще поднапрягся, проглотил все десять косточек и вздохнул, опадая.

Мама дала мне прохладной воды.

— Давно у вас припадки? — поинтересовался папа.

— С детства, — улыбнулся я, икнул и пошел к двери.