— И у него есть раздражающая привычка оказываться правым.

— Да, он так же говорит, что может потребоваться достаточно много времени — месяцы, вероятно даже годы — чтобы мое сознание и подсознание стали… нормально скоординированными. То есть такими, как это свойственно экстрасенсам.

— Бишоп рассматривает разделение как силу или слабость? — медленно спросила Холлис.

Дайана нахмурилась.

— Я не совсем уверена. Он сказал, что может представить ситуации, в которых независимое подсознание окажется полезным. Откровенно говоря, сама идея показалась мне настолько тревожной, что я не стала расспрашивать о деталях.

— Не могу сказать, что виню тебя.

Продолжая смотреть на свою чашку кофе, Дайана проговорила:

— Да, это звучит так, будто мое собственное подсознание… это какая-то чуждая вещь. Нечто не поддающееся моему контролю. Слушай, ты думаешь, что Риз тоже может быть прав? Что все эти годы другой медиум был со мной в сером времени? Находился там время от времени? Или каждый раз?

— Я не знаю, но должна признать — когда он вытащил меня, я могла думать лишь о том, что возможно ручной монстр Сэмюеля умер и его дух находится в сером времени — готовый мучить души так же, как мучил тела. Поскольку мы на самом деле были там, в психиатрической клинике, где он творил свои ужасы.

— Эта действительно пугающая мысль.

— Без шуток. Но Риз сказал, что монстр до сих пор жив. И он прав — я сама проверяла, просто чтобы быть уверенной. Он все еще жив и все еще в заключении. В палате, обитой войлоком.

— Он… ведь не медиум? Тот ручной монстр?

— Насколько мы смогли установить, у него нет абсолютно никаких экстрасенсорных способностей. И несколько наших экстрасенсов смогли его прочитать, поэтому мы настолько уверены, насколько это вообще возможно.

— Значит, в сером времени был не он. Но теория Риза все еще имеет смысл, верно? Что кто-то — другой медиум — мог находиться там, наблюдая за мной?

Холлис заговорила спокойным тоном.

— Думаю, легко теоретизировать, когда ты там не был. — Она подождала, пока Дайана не посмотрит на нее, а затем добавила: — Тебе там комфортно и ты уверена в сером времени. Ты сильна там. Думаю, если другой медиум и был там, ты бы знала, ведь ты немедленно поняла, что Квентин был не настоящим.

Дайана сделала глубокий вздох и медленно выдохнула.

— Именно это я говорю себе.

— Верь в это. Доверяй своим инстинктам.

— Думаю, это все, что нам остается делать.

— Верно. — Холлис подняла чашку в легком приветственном жесте. — За доверие нашим инстинктам. А себе желаю найти якорь на этой стороне, чтобы не быть втянутой в серое время против воли. Или если я все-таки там окажусь, чтобы этот якорь помог мне выбраться.

Дайана подняла свою чашку, но сухо сказала:

— Да уж, но дело в том, что… у тебя уже есть якорь.

— Да? — Холлис почувствовала неожиданную неловкость.

— Угу… Риз.

Теперь Холлис знала, почему почувствовала неловкость вместо облегчения. Поскольку нечто внутри нее знало, что Дайана скажет это. Понизив голос, она проговорила:

— Слушай, только потому, что он смог вытащить меня…

Дайана кивнула и так же тихо проговорила:

— Да именно поэтому. Холлис, Риз не медиум, и он не мог открыть дверь в серое время, но, тем не менее, он вытащил тебя оттуда. Нашел тебя и вытащил, хотя ни то, ни другое нелегко сделать. Возможно, мы еще многого не знаем о том, как работает моя связь с серым временем, но одну вещь мы с Квентином установили точно. Немедиум может быть на этой стороне спасательным тросом и якорем. Но только в том случае, если между тобой и этим человеком уже существует какого-то рода связь, какие-то отношения. И только если он касается тебя физически на этой стороне.

Холлис почувствовала, что начинает хмуриться.

— Вот почему у вас с Квентином была такая странная реакция, когда Риз сказал, что вытащил меня.

— Именно поэтому. Это было немного… неожиданно.

Покачав головой, Холлис произнесла:

— Нет, должна быть другая причина. Потому что между нами нет связи. Я едва знаю этого мужчину.

— Ну, есть знание… и есть познание.

— Я не знаю его ни в каком смысле.

С губ Дайаны сорвался короткий смешок.

— Я не имела в виду познание в библейском смысле.

— О. — Холлис попыталась не выглядеть слишком смущенной. — Тогда знание, в каком смысле?

— Ты должна сказать мне. Но мы знаем, что экстрасенсорная сила не имеет к этому никакого отношения. Мы экспериментировали в лаборатории, и даже Бишоп и Миранда вместе не смогли связаться со мной в сером времени. Ни один из телепатов не смог. Один ясновидящий… Ты ведь знаешь Бо Рафферти, верно?

— Брат Мэгги Гэррет? Да, немного.