— Это все, что мне нужно было услышать, — проговорил Демарко, возвращая взгляд к молчаливой, мирной улице. — Теперь осталось решить — как нам выбраться из этой передряги с минимальными, насколько возможно, последствиями?

— Гейб, шериф готов послать несколько человек, чтобы очистить площадь вокруг машин настолько, насколько возможно. Где ты? — спросила Миранда.

— В двух кварталах от управления. — Припарковавшись, Гейб вылез из автомобиля с сотовым и ключами, но оставил рюкзак. Все это время он продолжал разговаривать. — Я вооружен. И думаю, что смогу найти этого ублюдка.

Он закрыл машину и бросил ключи в один из карманов куртки.

— Что думает Роксана?

Скажи ей, что, по моему мнению, он на крыше старого кинотеатра в половине квартала вниз. Там нет пожарной лестницы, никаких внешних лестниц, поэтому тебе придется подняться по внутренней.

Гэбриель передал информацию и добавил:

— Здание сдается, Миранда. Оно пустует. Есть задняя дверь. — Когда она помедлила, он добавил: — Слушай, я знаю, ты хочешь просто понаблюдать за этим парнем, но если он стремится взорвать маленький, милый городок, я бы сказал, что время наблюдения прошло.

— Да. — Миранда вздохнула. — Мне нечего тебе возразить. Но мне не нравится, что ты пойдешь туда один, Гейб.

— Не думаю, что у нас есть время поспорить на эту тему. — Он был практически у задней стены кинотеатра. Гэбриель мог видеть, что задняя дверь была достаточно старой и заперта на такой же старый замок. — Вы ребята в нескольких кварталах отсюда, и судя по тому, что нам известно — в одном из внедорожников заложена бомба. Может даже начиненная гвоздями и еще чем-то в этом же роде. Взрыв может уничтожить нечто большее, чем автомобили, и мы оба знаем это. Я могу убрать этого ублюдка.

— Хорошо. — Какие бы сомнения не испытывала Миранда ранее, они уже прошли. — Но не убивай его, пока не будешь вынужден. Мы должны поговорить с ним, если это вообще возможно.

— Понял.

— Оставь сотовый включенным, если нам повезет, то сигнал не прервется.

— Понял, — повторил он. — Поговорю с тобой на другой стороне. — Он положил сотовый в другой карман куртки, а затем вытащил оружие из плечевой кобуры, которую носил под одеждой. — Рокс? Замок?

Работаю над этим. Трудней, нежели я ожидала. Я бы сказала, что замок не открывали долгое время.

— Значит, чтобы войти он использовал главный вход. Интересно у него есть ключ или он взломал замок.

Со стороны Главной улицы его мог увидеть кто угодно, поэтому думаю, у него есть ключ. Он должен был выглядеть и вести себя достаточно обыкновенно, чтобы не привлечь ненужное внимание. Еще минутку…

Воцарилась короткая тишина, а затем Гэбриель услышал щелчок, и старый замок раскрылся. Он избавился от него и, используя силу, открыл дверь. И совершенно не был рад, когда старые петли громко заскрипели.

Лестница. Справа от тебя. Гейб, здесь нет электричества.

— И здесь тьма кромешная. — Он прошептал это еле слышно, и на мгновение задержался в дверях, чтобы позволить глазам немного привыкнуть к темноте.

Эта лестница ведет в проекционную. Я так думаю. Там мы должны найти дверь, которая ведет на крышу.

— Когда-нибудь было легко?

Неловкими пальцами он нащупал старые, грубые перила и начал подниматься по опасно скрипучей лестнице так быстро, как только мог.

— Подожди… — Демарко жестом указал в сторону улицы. — Выходит пара помощников Дункана. Черт. Похоже временные. Думаю, остальные помощники первой смены на патрулировании.

— Им не очень хорошо удается вести себя непринужденно, верно? — проговорила Холлис. — Язык тела выдает их напряжение. Вот и шериф. Должна сказать, ему куда лучше удается контролировать себя.

Миранда вновь присоединилась к группе возле дорожки, услышала эти комментарии и проговорила:

— Как и ожидалось, у шерифа нет команды саперов, но он позвонил в Ноксвиль в ближайшее подразделение. В управлении лишь несколько его временных помощников. Он отослал их с приказом держаться как можно дальше от автомобилей и оцепить территорию вокруг. Шериф попытается добраться до ресторанов и магазинов, находящихся в непосредственной близости, и предупредить владельцев, чтобы они ушли сами и увели посетителей — или, по крайней мере, отошли от окон, выходящих на улицу. На все мы дадим им пять минут.