Я думала о нем, пока спешила к кинотеатру. О нем, о Сэнди, о Тейлор и о том, как хорошо мы проводили время в начале учебного года. А теперь вот заканчиваем школу, и все уходит в прошлое.

Обычно в субботу вечером мы с Хиллари звонили Сэнди и Тейлор, договариваясь сходить в кино. Или предпринять что-то другое, просто где-нибудь зависнуть.

Но теперь нам не хотелось видеть никого из них. Хотя Тейлор в этом не была виновата. Против нее мы ничего не имели. Ее мы не позвали из-за того, что она все время с Сэнди. А он — убийца. Убийца! Убийца! Убийца!

Я так долго повторяла в уме это слово, что оно совсем потеряло смысл. Убийца…

Мне-то казалось, что я никогда не столкнусь с подобным в реальной жизни. Убийца и убийство ассоциировались с газетами, фильмами и телевизионными передачами, но не с моей жизнью.

Я сильно помотала головой, чтобы выбросить из нее все эти мысли. На Дивижн-стрит всегда столпотворение машин, а субботними вечерами особенно. А тут еще посередине застрял какой-то фургон, надолго задержав все движение. Так что до торгового центра я добралась буквально за минуту до восьми. С трудом нашла свободное место для парковки рядом с кинотеатром, затем на всех парах побежала искать Хиллари.

Она стояла напротив билетной кассы. На ней были футболка, расстегнутый красный кожаный жилет и черные мешковатые брюки из грубой хлопчатобумажной ткани.

— Извини! — задыхаясь, крикнула я, подбегая к ней.

Вестибюль был почти пустой. Все уже зашли внутрь.

— Я купила билеты, — сообщила Хиллари, направляясь ко входу в кинозал, и протянула один мне. — Пока идут титры. Мы ничего не пропустили.

— Займи места впереди, — попросила я. — Сейчас приду. Только сбегаю в дамскую комнату.

Хиллари направилась к двери, а я повернулась и побежала по толстому красному ковру в дамскую комнату, находящуюся в противоположной стороне. Засунув билет в карман моих джинсов, я открыла дверь, зашла внутрь и… столкнулась с Тейлор.

— Ой! — вскрикнули мы вместе от удивления.

Затем мы одновременно проговорили:

— Я не знала, что ты здесь!

— Я только что думала о тебе!

— Где твое место?

— На заднем ряду сбоку.

— Хиллари займет нам места спереди.

Тейлор выглядела великолепно. Ее платиново-белые волосы были собраны на макушке и заколоты ярко-синей заколкой. На пухлых губах сверкала темно-красная помада. Она была такой привлекательной и сексуальной, что я на нее засмотрелась. Но это длилось недолго. Неприятные мысли о Сэнди моментально развеяли все мои добрые чувства к ней.

Я заметила, что выражение ее лица тоже изменилось. Зеленые глаза вдруг стали ледяными.

— Мы с Сэнди почти не видели вас все эти дни, — уныло проговорила она.

Я засунула руки в карманы джинсов и пробормотала:

— Понимаешь, окончание школы и все такое… — При этом я сознавала, как все это звучит неубедительно. На самом деле неубедительно.

— Мы тоже заканчиваем школу, — резко напомнила Тейлор.

— О… Нам лучше пойти в зал, — сказала я, двигаясь к двери. — Фильм… Ненавижу пропускать начало. Потом не могу войти в русло.

Она посмотрела мне в глаза, но не двинулась.

— Я-то думала, что вы с Сэнди действительно близкие друзья, — сказала она.

— Были, — отозвалась я. — То есть я хочу сказать, мы и сейчас друзья. — Я почувствовала, как вспыхнули мои щеки. — Это просто из-за того, что я была очень занята… и все такое.

— Сэнди не убийца! — вдруг громко крикнула Тейлор, и в ее глазах мелькнула вспышка гнева.

Я от удивления открыла рот.

— Он считал тебя другом, — немного остыв, продолжила она. — А сейчас немного задет. Я хочу сказать, он думал, ты будешь рядом.

— Мне… мне действительно надо найти Хиллари, — простонала я и повернулась к двери, желая поскорее уйти. Но вдруг остановилась, и у меня как-то сам собой вырвался вопрос:

— Ты рассказала Сэнди, что мы с Хиллари говорили о нем?

Она плотно стиснула губы. Затем открыла рот. Я заметила помаду на ее переднем зубе.

— Прости? — переспросила Тейлор, хмуря бледные брови.

— Ты слышала нас со сцены после репетиции. Ты рассказала Сэнди о нашем с Хиллари разговоре?