— Больше ни слова.

— Ты не можешь так со мной поступить, — застонала я. — Мне семнадцать, и нельзя…

— Я не допущу, чтобы твои друзья пили здесь пиво и курили, пока меня нет дома, — повысила мама голос, выходя из себя. — Меня не волнует, даже если вечеринка будет в Букингемском дворце! Ты наказана. Ты ее пропускаешь. Еще одно слово — и я накажу тебя на две недели!

Я замахала в воздухе кулаками, издав яростный крик. Тейлор и Хиллари, стоявшие за столом, старались не смотреть на меня. Я понимала, что они в замешательстве и сильно из-за меня переживают. «И все это по вине Ала, — сказала я сама себе. — Он стал невыносимым. Это все из-за него. Какой ужасный день!»

Думаю, мы все трое — Хиллари, Тейлор и я — чувствовали одно и то же. По-моему, в этот момент мы все хотели убить Ала.

Конечно, тогда мы и подумать не могли, что спустя две недели он будет мертв.

Одним словом, вечеринку я пропустила.

Прощу ли я это маме? Может быть, когда-нибудь в следующем десятилетии.

Хиллари доложила мне, что это была самая лучшая вечеринка в истории Шейдисайдской средней школы. У моей подруги есть такая отвратительная черта.

Могла бы ведь сказать, что это был самый утомительный вечер в ее жизни. Но Хиллари, наоборот, подробно рассказала, какое неизгладимое впечатление произвели на нее обе группы, как она танцевала до двух часов ночи, а затем под лунным светом плавала в бассейне с подогревом. Сообщила даже, что никогда раньше столько не смеялась. А под конец упомянула, что все спрашивали у нее про меня.

Я попросила Хиллари никогда больше не упоминать при мне об этой вечеринке. И она сдерживала свое обещание целую неделю, пока в пятницу после школы мы не пошли с ней на Каньон Роад домой к Сэнди.

Мы шли, а над нами сгущались тучи, предвещающие дождь. Было холодно и сыро, погода больше походила на зимнюю, чем на весеннюю.

— Просто не пойму этих Тейлор и Сэнди, — начала Хиллари.

Я поправила на спине ранец, набитый тетрадями с домашним заданием на выходные, и, думая про экзаменационные билеты по истории, спросила:

— А что Тейлор и Сэнди?

— Видела бы ты их на вечеринке у Рэвы…

Я остановилась и потянула рукав ее синего свитера.

— Ты обещала. Больше ни слова про вечеринку.

Хиллари одернула руку:

— Я не о вечеринке, Джули. Я рассказываю тебе о Тейлор и Сэнди.

— Ну ладно… И что с ними? — неохотно протянула я.

— Я наблюдала там за ними, — пояснила она. — Это было жалкое зрелище. Сэнди ходил за Тейлор, как томящийся от любви щенок. А она еле с ним говорила. И увивалась вокруг других парней.

— Тейлор любит пофлиртовать, — согласилась я, подталкивая подругу, чтобы перейти дорогу.

— Это было омерзительно, — продолжала Хиллари. — Ты бы только видела, как она танцевала с Бобби Ньюкирком. А потом такое вытворяла за гаражом с каким-то парнем, которого я не знаю…

— О, — прошептала я. — И как же вел себя Сэнди?

— Бегал вокруг нее, носил ей кока-колу… Я этого просто не понимаю! Он же должен был знать, что делает Тейлор, — это было так очевидно. А она вела себя так, словно его там не было. Но он только улыбался и кружился вокруг нее.

— Это настоящая любовь, — сухо заметила я.

— Не смешно! — заворчала Хиллари. — Ты ведь знаешь, каким серьезным может быть Сэнди.

— Мечтаю, чтобы Винсент стал серьезным, — прошептала я.

Хиллари повернулась и покосилась на меня:

— Что ты сказала?

— О, ничего, — вздохнула я и представила себе, как Тейлор кокетничала с другими парнями на вечеринке.

Я тоже пыталась флиртовать с Винсентом. Но ему показалось, что я шучу или что-то такое. И просто все переводил в шутку.

— Сэнди отличный парень, — заявила Хиллари. — Но я думаю…

— А по-моему, они прекрасная пара, — перебила я ее. — Я имею в виду, что, может, Тейлор сумеет его немного расшевелить. Сэнди уж слишком застенчивый и тихий. На самом деле ведь у него никогда по-настоящему не было девушки. А сейчас он очень взволнован, и возможно, это его изменит. Может быть… — Я помахала проехавшему мимо школьному автобусу, полному детей.

Когда, громыхая, он исчез из вида, я заметила раздражение на лице Хиллари.

— Мне кажется, Тейлор совсем не подходит Сэнди, — заспорила она. — Думаю, она причинит ему боль. Уверена, Тейлор тут же его бросит, как только ей представится удобный случай.

— Конечно, он относится к ней намного серьезнее, чем она к нему, — согласилась я. — Но, по-моему, ты слишком строго судишь Тейлор.

Хиллари открыла рот:

— Извини, я слишком строго ее сужу? О чем это ты?