— Спасибо, — ответил Винсент.

Я нахожу, что у Винсента очаровательная улыбка. Когда он улыбается, все его лицо морщится. У него впечатляющие серо-зеленые глаза, и кажется, что они всегда смеются. А еще у него огненно-рыжие волосы, которые он расчесывает на прямой пробор. Когда они спадают ему на воротник, то смотрятся очень мило. Но вообще-то он высокий, долговязый, неуклюжий и совершенно не соответствующий своему лицу. У него большие руки и ноги, и весь он какой-то несуразный. Похож на огромного клоуна. Но очень умный. Я, когда общаюсь с ним, буквально еле шевелю мозгами и всегда это признаю.

Иногда мне хочется, так же как Сэнди и всем остальным, чтобы Винсент не паясничал все время. В конце концов, если Ала действительно исключили из школы, это может испортить ему всю жизнь.

— Ал подрался с Дэвидом Арнольдом, — объяснил Сэнди. — После школы, на полпути к спортзалу.

— Но разве Дэвид не занимается борьбой? — спросила я.

— Да. И вот кого Ал решил подразнить. Одного из самых крутых парней школы. Остроумно, правда? — высказался Сэнди.

— Ему надо было подразнить какую-нибудь козявку вроде тебя, — подколол его Винсент.

Сэнди заворчал.

— Хватит шутить! Вы скажете, наконец, что случилось? — Я почувствовала, что теряю терпение.

Винсент засмеялся:

— Ал ударил Дэвида несколько раз своим лицом!

— Не смешно, — огрызнулся Сэнди.

— Это немного смешно, — вмешалась Хиллари. Я была удивлена, увидев ухмылку на ее лице. В конце концов, Ал был нашим хорошим другом. Но, думаю, мне не стоило удивляться. Ал не должен был запугивать Хиллари.

— Они просто боролись, вот и все, — продолжал Сэнди. — Ал пострадал намного больше, чем Дэвид. Но когда Ал наносил удар, угадайте, кто подошел в это время туда?

— Мистер Эрнандес? — предположила я.

Сэнди кивнул.

— Да, директор. В общем, Ала исключили, а Дэвида — нет. И исключили надолго. Так Эрнандес сказал Алу. Вероятно, его родители сейчас едут в школу.

— Чтобы выпустить пар, или что? — спросил Винсент.

— О, — прошептала я и упала в зеленое кожаное кресло напротив дивана. — О!

— Ты можешь повторить это для меня, — сказала Хиллари. Она все еще стояла со своим ранцем. Наконец бросила его напротив дивана.

Тейлор встала и потянулась. Потом потерла живот под коротким розовым топом.

И когда она успела сходить домой переодеться? Мне почему-то стало это очень интересно. И зачем оделась по-летнему? Чтобы покрасоваться?

— Не могу поверить, что Ал был в вашей компании, — заявила Тейлор, глядя на Сэнди. — Я хочу сказать, он такой неудачник, все портит.

— Да, он портит свою жизнь, — согласился Сэнди.

— Эй, — вмешался Винсент, ухмыляясь, как обычно, — если вы должны испортить одну жизнь, то пусть это будет ваша собственная.

Тейлор снова потерла живот.

— Умираю от голода, — пожаловалась она. — Здесь есть что-нибудь съедобное?

— Конечно, какие проблемы, — отозвался Сэнди.

Мы с Хиллари обменялись взглядами. Она была права. Сэнди вставал на лапки при первой же команде Тейлор.

— По-моему, я видел пакет черных маисовых чипсов, — сообщил он ей. — А в холодильнике должна быть банка с салсой.

— Вы знаете, что в Соединенных Штатах покупают салсы больше, чем кетчупа? — произнес Винсент.

Мы пропустили его высказывание мимо ушей. Винсент всегда приводит какие-то странные факты. В основном правильные, но кому это надо?

Мы все пошли за Сэнди на кухню. Тейлор нашла пакет с маисовыми чипсами на столе, тут же открыла его, схватила целую горсть чипсов и стала с жадностью их есть.

Хиллари, наблюдая, как Тейлор потянулась за новой порцией чипсов, полюбопытствовала:

— Как это тебе удается оставаться такой тощей, если ты так питаешься?

Тейлор за словом в карман не полезла:

— Я стараюсь сбросить все лишнее ночью.

Мы все засмеялись. Иногда Тейлор действительно нас добивала.

Между тем Сэнди, тяжело вздыхая, старался открыть стеклянную банку салсы. Но крышка не откручивалась. Тогда он перевернул банку верх дном и ударил по ней. Опять ничего не получалось. При этом Сэнди старался не смотреть на Тейлор. Думаю, он расстроился, что у него не хватало сил открутить крышку. Это причуда всех парней.