Винсент усадил Сэнди на стул.

— Надо показаться врачу с твоим зубом. Но рана неглубокая, — заверил его Винсент, — не испортит твоего прекрасного лица.

Мне кажется, Винсент был прав. Надо легче к этому относиться.

Постепенно я стала немного успокаиваться. Хотя мои руки оставались еще холодными как лед, сердце уже перестало стучать, будто барабан. Но тут я повернулась к Хиллари и застыла.

Она стояла словно вкопанная, по-прежнему с силой сжимая кулаки. Все ее тело было напряжено. Хиллари смотрела вперед, уставившись в никуда и при этом так прикусив нижнюю губу, что по подбородку бежала тонкая струйка крови.

— Хиллари… — прошептала я. Но она меня не слышала, будто находилась в трансе. — Хиллари…

Глядя на нее, я ощутила, как мороз пробежал по моей коже. Я никогда раньше не видела такой ненависти на ее лице. Вообще никогда не видела столько ненависти ни на чьем лице!

Сколько же вреда причинил ей Ал? Мне стало даже любопытно.

Надо же, до какой степени она его ненавидит!

После этого ужасного дня я не видела Ала несколько дней. Но слышала от его друзей, что его исключили из школы на две недели.

Как бы ужасно это ни звучало, только я была рада, что его нет в школе. Это означало, что я могла спокойно ходить на уроки, не опасаясь, что он подловит меня в коридоре, требуя деньги на обед, конспекты по истории или что-нибудь еще.

Мы с Хиллари не обсуждали эту тему. Но я уверена, что она чувствовала то же самое.

В четверг мы с Винсентом договорились встретиться у него дома после уроков, чтобы вместе подготовиться к лабораторной работе по химии.

Я надеялась, что при этом между нами, возможно, тоже возникнет некая химическая реакция, о которой я так мечтала.

Но случилось так, что я задержалась, болтая с Корки Коркоран и другими весельчаками, обсуждая, как поскорее справиться с весенним осмотром машин. И попала к Винсенту после половины пятого.

Был жаркий, влажный день, я нервничала всю дорогу, но, к моему удивлению, Винсент выйдя на улицу, разгуливал взад-вперед перед домом.

— Извини за опоздание! — крикнула я, откидывая назад волосы. И вдруг почувствовала, как что-то сухое и чешуйчатое упало с моей головы. Оказалось — большой серый мотылек. Надо же, еще секунда — и я предстала бы не в лучшем виде перед парнем, в которого влюблена!

Винсент поздоровался сквозь зубы и посмотрел, как я перехожу дорогу.

Я надеялась, что он заметит мой новый весенний костюм — короткую синюю плиссированную юбку, какие носили в шестидесятых, и полосатую сине-черную блузку без рукавов. Я купила этот костюм в только что открывшемся магазине торгового центра «Стрит Грандж» и берегла его, чтобы надеть только тогда, когда буду знать, что мы с Винсентом окажемся наедине. Но он, конечно, даже не взглянул на него.

— Какие-то проблемы? — спросила я. — Что ты здесь делаешь? Я думала, ты уже ставишь опыты.

— Что? Ты хотела, чтобы я сам все сделал? — Винсент выглядел очень рассерженным, что на него совсем не похоже. Что же произошло с мистером Весельчаком?

— Ладно, но почему ты здесь? — задала я новый вопрос. — Дышишь свежим воздухом?

— Хотел бы, — с горечью пробормотал он. — Но жду Ала. А он опаздывает.

— Ала? — Я не могла скрыть удивления.

— Да, этого большого, качающегося Ала. — Винсент нахмурился и отшвырнул ногой на дорогу небольшой камень.

Я сняла ранец с плеч и бросила его на газон. Затем я поправила блузку.

— Ты ждешь Ала? Здесь?

Винсент мрачно кивнул.

— Он взял машину моей мамы.

Я открыла рот от изумления.

— Украл?

— Нет, я ему одолжил. — Винсент покачал головой. — Точнее, он заставил меня это сделать.

— О, боже! — пробормотала я, с трудом проглотив слюну. Большой Ал снова взялся за шантаж.

— Он должен был вернуть ее еще час назад, — застонал Винсент. — Сказал, что привезет ее к тому времени, когда я вернусь из школы. — Винсент посмотрел в один конец улицы, потом в другой.

Теплый ветерок трепал его рыжие волосы. Он выглядел таким желанным! Мне захотелось его поцеловать и сказать, что все будет хорошо.

— Если родители обнаружат, что я одолжил этому ничтожеству их машину, они меня убьют! — воскликнул Винсент. — Честное слово. Они меня просто убьют!

— А почему ты разрешил ему взять машину? — мягко спросила я.

Винсент снова нахмурился, хотя всегда был такой мягкий. Я действительно сильно расстроилась, видя, в каком он подавленном состоянии.