Она бы охотно, сойдя на станции Ярби, высокомерно заявила: «А теперь я возвращаюсь в Лондон».

Ее внезапно охватили тревожные предчувствия. Казалось, в самые ближайшие дни должно случиться что-то ужасное. Она оказалась слишком глубоко втянутой в дела семейства Маллоу. Амброс, конечно же, никогда не представлял себе подобной ситуации.

Но вот она вернулась, и, глядя на сияющее от счастья ожившее лицо Тайтуса, Сара поняла, что Должна выдержать до конца. Каков бы этот конец ни был…

Она с радостью, сославшись на больную ногу, осталась бы в своей комнате и не сошла бы вниз к ужину. Но с момента встречи в вестибюле она не видела Блейна и Амалии и чувствовала непреодолимое желание понаблюдать за поведением обоих за столом. Быть может, какое-нибудь замечание или слово позволят догадаться, почему таинственный Сэмми не явился или отчего Амалия попросила Блейна вернуться. А главное, интересовало, как выглядит сейчас Амалия: по-прежнему нервной и издерганной или уже успокоившейся и счастливой?

Когда Сара одевалась, в комнату, как всегда без стука, вошла леди Мальвина. Она была в нарядном платье и с жемчужным ожерельем, которое, очевидно, привез Блейн. Она без устали с довольным видом перебирала пальцами отдельные жемчужины.

— Ну-с, мисс Милдмей, а мы уж подумали, что вы сбежали. По-видимому, иногда некоторые просто не выдерживают обстановки и вынуждены спасаться бегством.

— Вы, наверное, уже слышали о приключившемся со мной несчастье, леди Мальвина.

— О да, слышала. И между нами говоря, моя невестка не очень верит этой истории.

— Я упала вовсе не нарочно, леди Мальвина.

— Ну, мне кажется, Амалия думает иначе. — Леди Мальвина хохотнула. — Разве вам никогда не приходилось встречать ревнивой женщины, мисс Милдмей?

— Но не ревнует же она ко мне! — изумилась Сара.

— Она такой человек, который ревнует ко всем и ко всему. Вы, милая, никогда не смотритесь в зеркало? Если хотите знать мое мнение, вы намного красивее этого заморского чудища. Черт побери! Мне не следовало бы так говорить, но у меня, должна признаться, мало общего с женой моего сына. Я совершенно не понимаю, почему она ложится в постель с видом хворой кошки, если ее муж в отлучке всего пару ночей.

— Неужели, леди Мальвина?

— Если не считать, что однажды она изображала из себя знатную даму во время званого чая. Кто-то сказал ей о моем племяннике Амбросе, который отправился в Вест-Индию, и это, по-видимому, встревожило ее.

— С какой стати это сообщение могло ее взволновать? — спросила Сара осторожно.

— Не имею ни малейшего представления. В конце концов, мой сын — это мой сын, и Амброс не в состоянии опровергнуть родную плоть и кровь. — Голос леди Мальвины зазвучал громко и воинственно. — Я не сомневалась, что Амброс не смирится с поражением. Блейн утверждает, Амброс влюбится в испанскую красавицу и останется в Тринидаде. Однако мой сын забывает: не все мужчины такие пылкие, как он. Я, например, не могу представить себе, что Амброс вообще способен в кого-нибудь влюбиться.

— Возможно, вы не очень хорошо знаете своего племянника, леди Мальвина. О Боже! Я порвала свое платье.

Не имея возможности открыто защитить Амброса, раздраженная Сара в сердцах выхватила из гардероба вечернее платье и зацепилась за ручку двери. Повреждение было не очень большое, но у нее было лишь еще одно вечернее платье и никакой надежды обзавестись новыми туалетами.

— Не волнуйтесь, дорогая. У нас теперь есть портниха, некая миссис Стоун. Она моментально починит. Вы найдете ее в мансарде, в бывшей комнате Беллы.

— В комнате с привидениями!

— Моя дорогая, — махнула веером леди Мальвина, — никаких привидений там нет. Всего лишь глупые россказни. И если никто из прислуги не проболтался, то миссис Стоун и не знает о том событии. Это вполне безобидное создание. Выглядит совсем изголодавшейся. Сбегайте наверх и поговорите с ней. К слову сказать, мальчик очень скучал по вам, мисс Милдмей. Очень капризничал.

— Его опять преследовали ночные кошмары, — сказала Сара. — По его словам, кто-то ходил ночью по его комнате. Я не думаю, что это были вы, леди Мальвина?

— Когда мальчик спал? Боже упаси. Наверное, он слышал шаги женщины наверху,

— Он говорит, что кто-то задул свечу. Но той ночью было очень ветрено.

Глаза леди Мальвины, казалось, выступили еще больше из орбит. Кончиком языка она провела по губам.

— Какая-то нелепость. Кто пойдет среди ночи в его комнату? Кто может замышлять недоброе против ребенка?

— Вы хотите сказать, что кто-то может причинить зло Тайтусу? — ужаснулась Сара.

Старуха раздраженно хмыкнула.