Шрифт:
— Не знаю, парни, — сказал Яаскеляйнен. — Уверен только в одном: это были не пираты.
А еще через час старпом доложил ему, что двадцать три члена экипажа сошли с ума и госпитализированы. В процессе госпитализации три человека погибло. Все они отправлены в немедленную реанимацию. Одного из них, с поврежденным головным мозгом — сумасшедший, отбиваясь, воткнул ему в глаз стило, — по всей видимости, спасти не удастся.
Успевший сменить штаны Яаскеляйнен горестно покачал головой. Однако никакого горя он не испытывал.
Ему было совершенно ясно: благодаря эмоциональной стойкости наводчика БЧ-два, экипаж «Осмотрительного» избежал гораздо больших потерь.
Но чуть позже, когда, казалось, все уже осталось позади, случилось неожиданное: в приступе внезапного безумия старший помощник перевел главный бортовой компьютер в режим самоуничтожения.
Конечно, когда компьютер начал обратный отсчет, режим успели отменить, а старпома немедленно скрутили, но все хранящиеся в памяти ИскИна курсовые расчеты оказались стертыми.
И вот это уже была беда.
Глава семьдесят третья
Ольга удивилась, когда капитан «Ярослава Мудрого» попросил ее и старшего лейтенанта Макарова остаться на мостике.
Повторную экскурсию, что ли, решил провести?…
Впрочем, причина моментально стала ясной.
— Ваше высочество, мне бы хотелось посоветоваться с вами… — Земской замялся в нерешительности.
Похоже, он засомневался — стоит ли вообще говорить дальше…
— Продолжайте, пожалуйста, Альберт Константинович, — поощрила его Ольга. — Что случилось?
— Да уж случилось… Короче говоря, эсминец, которому приказано сопровождать наш корабль, незадолго до нашего появления в точке встречи подвергся внезапному нападению. «Осмотрительному» удалось уничтожить врага без особых потерь, но ситуация сама по себе тревожная. У нас имеются три варианта поведения. Во-первых, отправиться домой уже испытанным маршрутом в сопровождении «Осмотрительного». Во-вторых, задержаться в этой планетной системе, дожидаясь, пока сюда не прибудут дополнительные силы росского флота. В-третьих, не мешкая сменить ранее рассчитанный курс и уйти к Новому Санкт-Петербургу другим маршрутом.
— Но, как я понимаю, с уже испытанным маршрутом возникли проблемы, — сказал Макаров.
— Вы абсолютно правы, старший лейтенант. — Земской кивнул. — В результате схватки «Осмотрительный» остался без курсовых данных. Восстановление информационной базы потребует некоторого времени и непременного участия в этом процессе ИскИна нашего корабля. Задержаться в планетной системе, ожидая подмоги, — тоже потерять время. Ну и расчет нового курса также мгновенно не произведешь.
— Ну, раз требуется, то подождем, — сказала Ольга.
— Вы не поняли, ваше высочество… Дело в том, что оставаться здесь тоже крайне опасно. Кто знает, может, «Осмотрительный» подвергся нападению со стороны вражеского авангарда, и в любую секунду здесь могут появиться основные силы противника. Что поставит под угрозу жизнь вашего высочества. Я не вправе пойти на это. Его величество с меня три шкуры снимет.
— Я не понял, — жестко сказал Макаров. — Откуда тут взялся противник? Разве, пока мы находились в первом прыжке, началась война?
— Капитан «Осмотрительного» не получал из Адмиралтейства никаких сообщений о начале войны.
Ольга поневоле смотрела на своего телохранителя во все глаза.
Сейчас, в минуту опасности — пусть и гипотетической — он снова стал похож на того себя, каким был в плену.
«Росомаха»!
У Ольги мгновенно заколотилось сердце — и вовсе не от страха перед возможной опасностью.
И чтобы не выглядеть дурой, пялящейся на мужика, она сказала:
— Я правильно понимаю, капитан, что вы не можете взять на себя ответственность за решение?
Земской виновато развел руками:
— Ваше высочество! Кабы на борту у меня находились обычные пассажиры, я бы не стал советоваться с ними. Но, даже не зная сути нашего вояжа на Вайсбург, я уверен: он имел значимый политический характер. Я не знаю, какую информацию вы везете его императорскому величеству. Возможно, она намного более важна, чем судьба экипажа «Осмотрительного». Бывают ситуации, когда жизнь двух человек дороже жизней сотен. У меня просто не хватает информации для принятия правильного решения. Но и получить ее от вас я не вправе.