– Это же какие легкие надо иметь, чтобы столько в рог дуть! – задумчиво изрек Тесей.

И тут на глазах у опупевших путешественников с острова взлетела большая блестящая птица. Красиво сверкнуло солнце, отражаясь от ее могучих крыльев.

– Сатир знает, что здесь творится, – недовольно проворчал Геракл, ища подходящее для боя копье.

Но копье на палубе решительно не находилось.

Тем временем невиданная птица с оглушающим ревом приближалась к покачивающемуся на морских волнах кораблю.

М-да, странная была птичка. Блестящая. С уродливой выпуклой головой, острым носом и довольно скупым оперением, словно драл ее недавно немейский лев. Все было бы еще ничего в рамках бредовой греческой мифологии, вот только…

– А чего это у нее огонь из-под хвоста вырывается? – спросил один из гребцов, и остальные согласно закивали.

Аргонавты сразу уставились на Геракла как самого опытного мореплавателя в их небольшом, но дерзком отряде.

Сын Зевса с натугой наморщил лоб, демонстрируя всем желающим титаническую работу интеллекта.

– Это птицы-стимфалиды, – знающе изрек он. – Живут на вулканах и питаются подземным огнем.

– О… – восхищенно выдохнули путешественники, дивясь уму и знаниям своего вожака.

– Что-то не видно здесь никаких вулканов, – ехидно ввернул Тесей, поглядывая на унылый, как лысина Аида, остров, но Геракл сделал вид, что реплику афинянина просто не услышал.

Историю о птицах-стимфалидах он выдумал прямо на ходу. Ведь нужно же было как-то выкручиваться из создавшегося положения? Великий герой Греции – и не знает, что это за хреновина к ним по воздуху приближается! Так и опозориться можно на всю Аттику.

Устрашающего вида птичка сделала над «Арго» пару кругов, затем резко снизилась и плюнула в корабль греков огнем, но не из хвоста, а из слегка изогнутого вниз хищного клюва.

– Е-мое!… – закричал Тесей, кидаясь к спасительному зеву трюма.

Маленькие дымящиеся дырочки прошили палубу «Арго».

Афинянин дернулся и, схватившись за окровавленное плечо, с грохотом повалился в трюм.

– Готов! – довольно безразлично констатировал Ясон.

– Ну да? – не поверил Геракл, хотя сердце у него и екнуло от внезапно навалившегося счастья.

Неужели он наконец избавился от своего вечного конкурента? Но радость сына Зевса была преждевременной.

– …! – отчетливо донеслось из трюма. – Какой… забыл на лестнице весло?!!

Геракл грустно вздохнул.

Заложив в небе крутой вираж, блестящая птица снова ринулась в атаку.

– По-моему, она хочет ненавязчиво нам объяснить, чтобы мы не высаживались на этом острове, – сказал Ясон, благоразумно держась за широкой спиной Геракла.

– Тесей, ты там как? – крикнул сын Зевса, заглядывая в трюм.

– …! – ответил Тесей.

– А, ну тогда все нормально, – кивнул Геракл. – А я уже за тебя стал беспокоиться.

– Что с ним? – испуганно спросили гребцы.

– С Тесеем все в полном порядке, – успокоил их сын Зевса, выковыривая из деревянного настила палубы кусочек невиданного блестящего железа.

«Чем же это она, интересно, плюется? – ошеломленно подумал герой. – Зубами, что ли?» Странный горячий осколок действительно очень сильно напоминал длинный акулий зуб.

Новые дымящиеся дырочки с дробным треском возникли на носу корабля.

– Ну все, – Геракл погрозил удаляющейся птице кулаком. – Ясон, весло!

Ясон засуетился и притащил из трюма то самое весло, о которое споткнулся Тесей.

Блестящая птица заложила в небе очередной вираж.

Сын Зевса взвесил в руке импровизированное копье.

– Подойдет! – изрек герой, готовясь к схватке. – Вот она, вот она, слева! – закричали аргонавты, в панике мечась по палубе. Многие хотели спрятаться в трюме, но их туда не пускал грязно ругающийся из темноты Тесей. Шипящие фонтанчики заплясали рядом с левым бортом «Арго». Геракл напрягся и мощным броском отправил весло в небо.

И, что удивительно, таки попал!

– Прямо в лоб! – восхищенно воскликнул Ясон. Весло угодило снижающейся блестящей птице в голову. Чудовище дернулось и, крутанувшись волчком, обрушилось в море невдалеке от «Арго». В небо ударил мощный фонтан брызг, раздалось оглушающее шипение, повалил густой белый пар.

Греки с интересом столпились на носу корабля, даже раненый Тесей из трюма выглянул.

Пар рассеялся не сразу, а когда рассеялся, эллины смогли наблюдать совершенно фантастическую картину.