– И?
– намекнула я Сузрару.
– раз учитель занят, говори ты!

– Мы вас не роняли, госпожа.
– Вновь торопливо пояснил парень, - вас отбросило разрядом. И мы не смогли вас сдвинуть с места. Вы были окружены странной сферой.
– Он очень энергично помахал в воздухе явно слишком большими для его комплекции руками. Яснее мне не стало, но то, как испуганно присел Фариар, пытаясь не получить по носу, почему-то согрело душу. Улыбнуться я не рискнула, поэтому просто изобразила преувеличенное внимание. Открывший было рот (чтобы высказать все, что о нем думает, наверное) магистр, заметив мой ярко-выраженный интерес, промолчал.
– Мы не смогли сквозь нее пробиться! А потом, вы в этой сфере взлетели. И от князя к вам протянулась черная нить. А вы открыли глаза, поймали ее кончик и принялись сматывать тьму в клубок!
– он аж задохнулся от восторга. Я глупо хлопнула глазами.

– А Мара?

– Мара?
– не понял меня ученик. Оглянувшись на отошедшего было учителя, он недоуменно пожал плечами, пытаясь донести до меня всю степень своей неосведомленности в этом процессе. Я как-то даже ... прониклась... И решила пояснить:

– Ну, да! Это ведь она тянула тьму из Стефана....

– Ага!
– глаза, подскочившего ко мне, Фариара торжествующе блеснули. Руки вцепились в мои несчастные плечи, фиксируя получше иных тисков.
– Я так и знал, что Всеблагая не оставила без внимания это дело! А я-то еще думал, почему же мне не удается вас коснуться, моя дорогая!
– он отпустил мои плечи и, наклонившись, впился в меня инквизиторским взглядом. Как-то сразу же стало неуютно, и домой захотелось... В воздухе буквально запахло "испанским сапожком" и прочими дознавательскими методами.- Расскажите мне все! Я хочу знать каждый жест, что сотворила Пресветлая Госпожа Мара!
– и он повелительно взмахнул у меня перед лицом. К слову сказать, терпеть не могу, когда у меня перед лицом ручонками машут!

– И не подумаю!
– дерзко фыркнула я, вовремя вспомнив, что не просто так "погулять вышла", а являюсь тут, вообще-то, государыней! А значит и могу делать все, что пожелаю. В данном случае, с точностью до наоборот - в смысле: НЕ делать того, что НЕ желаю!

– Как это?
– изумился маг, довольно заметно сдуваясь.
– Но ведь... да разве ж вы не понимаете? Это же уникальный случай! Это же нужно записать для науки! Да еще и явление Госпожи непосвященной! Это же... это же просто чудо!

– Подумаешь, - снова нахально фыркнула я, - чудо!
– я отодвинула его и встала, склоняясь над Стефаном.
– Я Мару уже раз третий, наверное, вижу! Она, конечно, сказочно хороша, но чудо? При чем тут чудо-то?

– Ну, как же...
– он даже задохнулся от этакой моей наглости.
– Ведь вы, леди, не жрица. Не посвященная! И даже не магичка! А Прекрасноликая одарила вас беседой! Да многие из нас порой веками ждут этой чести!
– Он гневно сверкнул глазами, но я осталась глуха к его искреннему возмущению.
– Не слова, нет! Хотя бы взгляда...

– Ну и ждите, кто ж вам мешает?
– пожала я плечами. Нашли тут себе, понимаешь, подопытную зверушку! Отвернувшись от задохнувшегося от ярости магистра, поддерживаемого недовольно качающим головой, учеником, я коснулась губами Стефана...
– Вставай, любовь моя... С добрым утром...

Он открыл сонные глаза и улыбнулся, останавливая мне сердце безыскусностью своей улыбки и светом очей. В них светилась такая любовь, что я с трудом сглотнула появившийся комок в горле, чувствуя, как мои собственные глаза наполняются невольными слезами.

– Мари...
– он протянул ко мне руки, приподнимаясь, обнял, прижал к себе, - девочка моя...
– я почувствовала его губы на своем лице.
– Я думал, я тебя потерял...

– Это мы чуть тебя не потеряли...
– прошептала я, чувствуя, как он целует мои волосы.

– А как же...
– магистр попытался вернуть к себе мое внимание, но лично меня уже никто не интересовал, кроме любимого. Я помогла ему слезть с этой жуткой операционной каменюки, накинула на плечи плащ, и подхватила под руку. Вошедший слуга предложил мне мою одежду, но повторять весь стриптиз наоборот не было ни сил, ни желания (при таких-то зрителях!).

Справа, приняв на себя большую часть княжеского веса, встал, вошедший на мой зов, Карах. И мы потихоньку пошли...

– А как же записать...
– тоскливо поинтересовались сзади самым несчастным голосом - полным утраченных надежд и безысходности.

– Учитель, может, потом...
– неосторожно влез Сузрар, за что тут же и получил "на орехи":

– Что бы ты понимал, неуч! Потом она позабудет половину подробностей!
– и разгневанный мастер эффектно захлопнул за нами дверь.

– А будешь нам гадости говорить, - высказался мозг, - мы вообще с тобой общаться не станем!

И я кивнула, полностью с ним соглашаясь, и с удовольствием прижалась к надежному плечу своего мужчины.

Жизнь налаживалась...

+ + +

Только к вечеру следующего дня он стал чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы покинуть постель. Я провела все это время рядом с ним, как и обещала. Вместе... Целые сутки! Ну, почти...