Шрифт:
– Да...
– Безжизненно согласился я.
– Не тяни...
– Обняла меня ее туманная дымка с легким запахом роз, скользнула по волосам и истаяла...
– Не позже, чем через год...
Я кивнул. Какой смысл отвечать? Она и так знала, что я исполню ее приказ. Я выполню все, что она мне скажет. Я слишком много ей должен...
Перед глазами стояло лицо моей дайни, мокрое от слез...
По-крайней мере, где-то, далеко-далеко, она жива... И это - самое главное... И это помогает жить... А остальное уже не важно...
Совсем не важно...
– Призрак...
– Шепнул Лунастеф.
– Мы все же сделали призрака...
Хотя и не из того, из кого намеревались...
+ + +
Темно. Холодно. Жестко...
Странный шум... Холодильник? И дождь за окном...
Не сдерживаясь, я всхлипнула. Потом еще... И еще... За окном шибанула молния, на мгновение осветив кухоньку, на полу которой я свернулась в клубочек и тихонько оплакивала себя и свое, навсегда потерянное счастье...
Рядышком остывали еще теплые комочки старинного монастырского обмана... Похоже, здесь прошло всего несколько минут...
– Значится, нам еще и кухню убирать придется?
– Горестно взвыл мозг.
И я зарыдала в голос...
+ + +
Остров Марайтис...
Высоко в небе выписывали причудливые виражи сразу же три дракона. Эти еще совсем молоденькие. Ишь как радуются... Он смежил веки, греясь на солнышке, чувствуя, как шкура, нагретая ласковым светилом, буквально потрескивает от собственной температуры. Красавица рядом чуть сдвинулась, отводя взгляд от поражавших богатством палитры, драконов в небе.
– Зачем ты это сделала?
– Огромный золотой дракон лениво приоткрыл сияющий небесной синевой глаз, внимательно отслеживая всю гамму переживаний на прекрасном лице своей собеседницы. Большинство даже самых внимательных людей, сказало бы, что ее лицо выражало лишь легкую задумчивость. Но он, любовавшийся совершенным ликом уже не первое тысячелетие, прекрасно изучил большинство нюансов и выражений. Сначала она испугалась. Маленькая, чуть дернувшаяся мышца в уголочке глаза, сказала ему об этом громче, чем самый громкий крик испуга.
Потом она осознала, что он может увидеть ее испуг и затаилась, обдумывая ответ. В ней мелькнуло упрямство - чуть сдвинулся уголок губ. Потом проснулось высокомерие - дескать, не твое дело!
– чуть изогнулась левая бровь, приподнимаясь. Потом она решила, что он может знать то, что ОНА решит ему сообщить...
Чуть сузились глаза...
Но в общем-то.... Ничего не изменилось. Все промелькнуло и исчезло быстро и минимально в проявлении. Заметное лишь тому, кто привык даже не глазами, душой и всем сердцем чувствовать ее эмоции...
– Зачем?
– Она не то чтобы пыталась тянуть время. Вовсе даже и нет. Вот еще. Разве она не богиня этого мира? Разве не все находится в ее власти? И тут же раздраженно дернула подбородком.
Не все...
– Да... Зачем ты разлучила этих детей?
– В его голосе не произошло изменений. Но она, так долго слушавшая его, научились различать даже намеки на полутона. Капелька любопытства....
– Ну, просто, мне казалось, что девушке будет лучше в ее мире...
– Не надо....
– Что не надо?
– Врать самой себе.
– Разве? Мне казалось, что...
– Мне ты врать не можешь, как и я тебе. И тебе это отлично известно...
– Но...
– Правду, пожалуйста. За что ты наказала этих детей?
– Так будет лучше!
– Упрямство стало явным.
– Почему?
– Его спокойствие, частенько воспринимаемое, как равнодушие, каждый раз, неизменно, заставляло ее вспыхивать, словно порох.