Он еще не кончил говорить, как вождь влетел в дом. Остановился, немножко пришел в себя, бешено озираясь, и потом направился на свое место.

Вождь сел, держа в руках древко боевого копья. Копье стояло прямо и неподвижно, а Бешеный Бык барабанил пальцами по оружию, как будто это движение успокаивало его.

Никто ни о чем его не спрашивал, потому что было ясно, что переговоры закончились для Рори очень плохо.

– О, отец! – хрипло произнес вождь.

– Да, – прошептал Рори.

– Либо они получат красный камень, либо снимут с тебя скальп.

– Ну хорошо, – сказал Рори, – надеюсь, что ножи у них острые. Мне бы не хотелось, чтобы они пилили и рвали.

Он облокотился на локоть. Три индейца не отрываясь смотрели на него. Они не были готовы к шуткам и не поняли его юмор.

– Красный глаз или я нужны им прямо сейчас? – спросил Рори.

– Они подождут до темноты, – ответил вождь, – пока на небе не появятся маленькие звезды. Тогда они придут за тобой. – Он поднял голову и добавил: – Я готов ответить им, отец. И Южный Ветер тоже шепнет свое словечко!

– Да, наступит день! – повторил мальчик и сжал зубы, метнув нож в землю еще раз.

Рори переводил взгляд с одного мужчины на другого, а потом вдруг посмотрел на женщину. Было ясно, что Бешеный Бык и его сын собираются сражаться до конца за своего гостя, если он не хочет расставаться с камнем.

Но теперь он видел, что жена тоже согласно кивает. Благородство этих людей поразило Рори. Никогда в жизни он не встречал ничего столь простого и столь же великого.

Приближался вечер, через час на небе появятся «маленькие звезды», и тогда наверняка придут апачи.

– Бешеный Бык, ты знаешь, что огонь очага в вигваме бросает тени людей на стены? – сказал Рори.

– Верно, – согласился воин и подал знак жене. Она моментально встала и начала засыпать огонь землей, слегка утаптывая ее ногами, чтобы не поднимался дым или пар.

После этого в вигваме стало абсолютно темно, но через щели в пологе Рори мог видеть спокойное небо. Не слышно было даже ветерка. Все затаилось, как в могиле.

Рори был поражен тем, как отнеслась к случившемуся жена вождя. Вполне объяснимо, что мужчины считали своим долгом положить за него жизнь в благодарность за то, что он сделал. Но для женщины это означало потерю мужа и сына, что гораздо тяжелее, чем расстаться со своей жизнью. Однако она сохраняла хладнокровие, не протестовала, была спокойной и неторопливой, ее пальцы работали быстро и аккуратно вплоть до наступления темноты.

Вдруг Рори почувствовал симпатию к этим людям. Да, у него белая, а у них красная кожа, но душами они схожи. Так же, как он, они были дикарями и отличались от него только цветом кожи.

С самого начала он не собирался рисковать ими ради себя. Он хотел справиться с чрезвычайными обстоятельствами сам, еще раз положиться только на себя, как бы это ни было опасно, но ему хотелось посмотреть, как далеко они пойдут за ним без просьб и убеждений с его стороны. И Рори был поражен тем, что они предложили ему. Двое, вождь племени и только что вновь ощутивший вкус жизни мальчик, оказались готовы отдать за него жизнь. А женщина отдавала еще больше! И все это без вопросов и сомнений!

Он встал.

– Иди с ним, Южный Ветер, – тихо приказал вождь.

– Оставайся здесь, – сказал Рори Мичел. – Я хочу выйти один и посмотреть на них.

– Ты что-то задумал. Я вижу по глазам, – произнес мудрый вождь, пристально рассматривая его.

– Я не беру оружие, – ответил Рори, показывая ему пустые руки.

Бешеный Бык посмотрел на руки и кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Но не стой там долго и не говори с ними, если они приблизятся к тебе. Ты знаешь, отец, что при виде свежего мяса руки действуют быстро, а заметив оленя, даже женщина превращается в охотника.

Рори улыбнулся, выслушав этот афоризм, ободряюще кивнул своим меднокожим друзьям и вышел наружу.

На горизонте пылал закат, и на его фоне поднимались черные горы. Пурпурные лучи заходящего солнца освещали лица индейцев. Легкий вечерний ветер касался лица Рори прохладной влажной рукой, с неба на весь мир изливался покой. А неподалеку сидели люди, охотящиеся за его жизнью!

Индейцы уже кончили совещаться и не сидели тесным кругом. Они разделились на группы по двое, расположившись вокруг центра – вигвама Бешеного Быка.

Рори посмотрел на них, на их ружья и покачал головой, сказав себе, что песенка его, похоже, спета. Он уже не раз смотрел смерти в лицо и всегда, как и сейчас, должен был выбирать одну из двух возможных точек зрения: логическую или оптимистическую. Рори Мичел по-прежнему оставался оптимистом.

С логической точки зрения, надежды на спасение не было, но он слепо продолжал надеяться, закрывая глаза на точный расчет.

В сумерках вдали виднелись столбы дыма, поднимающиеся из вигвамов индейской деревни. Оттуда дул ветер, и Рори слышал отдаленный шум голосов; негромкое ржание лошадей, резкие крики мулов. Казалось, эти звуки наполняли горы покоем фермерской жизни.