– Если он пострадал, то они уже заплатили кровью своих лучших воинов за причиненное ему зло, – сказала Нэнси Уэйр.

– Вы так его защищаете, – произнес капитан Берн.

– Поживите здесь год или больше, и научитесь с первого взгляда узнавать дикую кошку, – ответила она. – А он такой, у него когти и зубы. Майор Талмадж, двое апачей напали на него в темноте, там, в сарае. Он справился с обоими, а одного захватил в плен.

– И позволил негодяю бежать, – добавила миссис Уэйр.

– Об этом я ничего не знаю, – сказала девушка. – Знаю только, что он справился с двоими. Другой человек говорил бы об этом целый месяц. Но Рори Мичел даже ни разу не вспоминал о той ночи!

– Ну, тогда он герой, – сказал майор тоном практического человека, подводящего с присущей ему рассудительностью итоги. – И поэтому мы должны заставить апачей сполна заплатить за него. Именно это я и собираюсь сделать.

– Я хотела бы, чтобы у вас была артиллерия и в десять раз больше солдат, – вздохнула Нэнси.

– А я бы не хотел, – возразил майор.

– Но почему же?

– Чем меньше людей, тем больше славы, – ответил майор.

– И ближе к могиле, – решительно добавила Нэнси.

– Нэнси, как ты можешь говорить такие вещи? – воскликнула ее мать.

– Я видела апачей и знаю их. А майор не знает, – ответила девушка. – Апачи тоже бойцы. Все знают, что они очень хорошие воины.

– Нерегулярные вооруженные силы не могут противостоять регулярным дисциплинированным войскам, – заявил майор.

– У вас есть регулярные войска, – горячо спорила с ним девушка, – но нет площади, где бы они могли маршировать. На нерегулярной земле я бы предпочла нерегулярные войска.

– Вот как! – воскликнул майор и весело засмеялся этой мысли.

– За каждого апача вы потеряете человека, – заявила Нэнси.

– Когда в сражении сходятся две армии… – начал майор.

– В этом сражении будет одна армия, – сказала девушка. – Ваша. Они выступят в правильном порядке, не так ли?

– Надеюсь, что да, – ответил майор.

– Тогда они окажутся великолепной мишенью для апачей, – сказала Нэнси.

– Решительная быстрая атака… – опять начал майор.

– И вы поймаете воздух, – настаивала она. – Они будут скакать вокруг вас. Апачи гонят с собой в пять раз больше лошадей и мулов, чем им надо. Скачут вместе со скотом и едят его. Если приходится туго, они едят собственных лошадей, мулов, собак. Они знают страну как свои пять пальцев. Только они знают ее. Даже белые разведчики и люди, живущие в горах, никогда не знали эту страну так, как ее знают индейцы. Они прыгнут на вас в темноте, схватят и убегут. Им безразлично, сколько времени длится сражение. – У них нет городов, которые вы могли бы захватить. Нет крепостей, которые они хотели бы защищать. У них нет сокровищ, которые могли бы стать вашей добычей. Каждый их мужчина способен выжить на этой земле. Если становится туго, каждая женщина и каждый ребенок могут превратиться в воинов. Говорю вам, майор Талмадж, когда вы связываетесь с апачами, то имеете дело с людьми, которые все оказываются волками или буйволами. Только кожа, кости, мышцы, когти и зубы. Еще никто не растолстел, охотясь на них или поедая их!

Майор, ошеломленный этим потоком слов, решил просто рассмеяться.

– Я никогда не рекомендовал индейскую диету. И никогда не собирался жить за их счет. Однако, мисс Уэйр, вы, может быть, удивитесь результатам этой небольшой кампании. Ничего серьезного, я уверен. Но и маленькая война может быть разработана так же тщательно, как большая. Можно следовать разумным правилам даже…

Внизу, на дороге в долине, раздался громкий воющий возглас, который резал слух и заставил обитателей дома побледнеть.

– Что это? – спросил испуганный капитан. – Какой нечеловеческий крик…

– Мексиканцы что-то празднуют, – сказала миссис Уэйр. – Послушайте! Они так смеются!

Опять раздался воющий крик, но в этот раз в нем слышались вибрации.

– Кричат и смеются. У них хорошие новости! – сказала Нэнси Уэйр. – Я рада этому. Последнее время они были мрачными и угрюмыми. Я думала, они собираются ограбить шахту. Вот опять! Слушайте!

Из-за ближайшего холма на дороге появилась группа мчащихся всадников, один из которых, сидя на большом коне, был выше других. Остальные крутились вокруг него, как овцы вокруг сторожевого пса.

– Они встретили кого-то очень важного для них, – сказала миссис Уэйр. – Как ты думаешь, Нэнси, кто это может быть?

Нэнси сбежала вниз по ступенькам веранды, остановилась, вглядываясь в темноту.

– Вы слышите? Они зовут его «отец». Это может быть только один человек! Сумасшедший Рори Мичел возвращается к нам.

Все заговорили разом. Миссис Уэйр тихо воскликнула:

– О Господи, что с нами теперь будет!

Капитан бормотал, что он рад, и любопытствовал, не свалился ли вернувшийся молодой человек с неба. Но радостная Нэнси, повернувшись к матери, сказала:

– Мама, он наша удача! И мне кажется, что нам ее давно не хватало. Смотри, он мчится по дороге! Конечно, это Рори на вороном коне!

Это действительно был Рори. Он остановился, прокричав им приветствие, и поехал к сараю, где оставил вороного жеребца. Потом он пошел к дому, окруженный не славой, а толпой мексиканцев. Они благословляли его и радостно приветствовали, но тут же просили о помощи. Среди них был рабочий с вывихнутым плечом. Ему очень хотелось выправить его поскорее и снова стать годным к работе. Другого трясло от малярии, и он спрашивал, нет ли у Рори магического лекарства для него. Третий должен был носить гипс на сломанной ноге целый месяц, так нельзя ли заколдовать его, чтобы утром он уже мог ходить?