Теперь Оксана и Ричард оказались между бандитами и ущельем; не сговариваясь, трое незнакомцев кинулись прочь.

Их совсем не волновало, – что они подставили спины поднятому дулу винтовки.

– Подожди здесь, – приказала девушка.

Она сняла с пояса веревку.

– Посмотрим, что там.

Ричард хотел остановить ее, но девушка уже подошла к краю ущелья.

Узкая тропа сбегала вниз, прячась в глубокой расселине.

Кровь блестела на неровных камнях.

– Это ловушка, – бросила Оксана.

Ричард пожал плечами.

Тот, кто привык к осторожности, – не шел в сталкеры. Юноша не боялся, что попадет в засаду, – он был готов рисковать и больше, если это могло привести его к цели.

– Останься, – сказал Ричард. – Прикроешь меня.

Девушка лишь усмехнулась, и шагнула вперед.

Громкий, протяжный хрип раздался из темноты.

Оксана подняла оружие. Темная, неясная тень появилась на фоне ущелья.

Зверь?

Девушка передернула затвор.

– Бегите… – раздался голос.

Тень подняла голову.

Только теперь Оксана поняла, что перед ней человек, – он полз на четвереньках, из последних сил цепляясь за камни.

– Они… Они здесь!

– Кто? – воскликнула девушка.

Оксана рванулась вниз, и подхватила незнакомца.

Тот был тоже из клана Молота, – видно, товарищ тех, кого они видели.

– Кто напал на вас? – спросила Оксана.

Человек поднял голову.

Лицо его было обуглено, и дым поднимался над свежими ранами.

– Что здесь случилось? – прошептал Ричард.

Незнакомец вцепился в руку Оксаны.

– Вы умрете, – прошептал он.

Вдруг глаза его широко открылись, он дернулся, и лицо его приблизилось к Оксане.

– Молись! – воскликнул он. – Молись, чтобы вы умерли сразу.

Тело его обмякло.

– Стой! – крикнула Оксана. – Скажи, кто тебя убил.

Но незнакомец был мертв.

Ричард выпрямился.

– Хочешь идти вперед? – спросила Оксана.

Юноша вынул из кармана кольцо.

На перстне еще оставалась гарь. Такая же, как и на лице погибшего незнакомца.

– Матрос был здесь, – отрывисто сказал Ричард. – И я должен его найти.

Они зашагали вниз, – и навстречу им появилась сгорбленная фигура.

Седой человек, в темно-зеленой куртке. Глубокие глаза прятались под козырьком тяжелых бровей.

Оружия в руках не было.

– Кто вы? – глухо спросил незнакомец. – И зачем ищете меня?

– Терроризм омерзителен, Жак, – заметил Ковач.

Они сидели на вершине холма.

Ждали, когда прибудет подмога.

– Да? Вот как? – спросил Ренье.

Он замотался в свой пиджак, и мелко трясся. Вместе с дрожью из него выходил страх.

– Террористы… Им все равно, кого убивать. Их главной жертвой всегда становятся те, чьи права они вроде бы хотят защищать.

Жак задумался.

Фашист, который осуждает терроризм?

– Насилие вам, значит, не нравится? – спросил Жак.

– Я не люблю бессмысленные поступки. Если ты убил человека, чтобы спасти свою жизнь, это любой одобрит. Но пристрелить прохожего, чтобы забрать бумажник, – чересчур глупо. Риск велик, выгода мала.

– А террористы при чем?

– Они ничем не лучше глупых бандитов, что рискует всем ради пары баксов. Террорист хочет запугать тех, кто никогда не будет бояться террора. Власти, государство. Ни взрывом, ни сотней взрывов, – ты их не проймешь.

– Разве?

– Ну а чего достигли ирландские террористы? Море крови, куча трупов. И весь мир считает их отморозками. А свободы для своей страны они так и не добились.

Ковач перевернул руку ладонью вверх.

– А с другой стороны, посмотри на Индию. Они не сопротивлялись. Просто не участвовали. Это всегда гораздо надежнее, чем революция.

– По-вашему, власти ничего не боятся?

– Нет!

Ковач обернулся к Ренье.

– Есть великий страх, который пугает их. Мысли. Если все в стране захотят сменить власть, – она не удержится. Как было с Советским Союзом. Вспомните, что случилось в России, Жак. Не было тогда ни войн, ни революций, ни бунтов. Империя рухнула лишь потому, что люди перестали в нее верить.

– Так террористы этим и занимаются, – хмыкнул Жак.