Шрифт:
У Ренье оружия не было; будь у него пистолет, он бы сразу же застрелился.
Очень не хотелось попасть в руки деранторов.
– А знаете, что они делают с пленными? – спросил Жак.
Доктора передернуло.
– Они введут нам кровь зомби, или лимфу зервольфа. И будут смотреть, как мы превращаемся в живую слизь. А потом…
Ренье сжался.
– Выложат это на YouTube, и весь мир будет на нас глазеть.
– Хорошая штука интернет, – кивнул Ковач. – Если бы он появился раньше… Только подумай, Жак. Прямая трансляция из Дахау. Нет…
Полковник улыбнулся.
– Реалити-шоу, вроде «Дом-2» или «Последний герой», прямо из Освенцима. Зрители голосуют, кто пойдет в крематорий первым. Разве это не весело?
Ковач посмотрел на вертолет, оценивая расстояние.
Потом взглянул на Ренье.
– Доктор, боюсь, теперь мне нужно немного вашей крови.
– Что?
Жак в ужасе отшатнулся, вжавшись в скалу.
– Не волнуйтесь, совсем немного… Только так мы можем остаться в живых.
– Я не понимаю.
Полковник вынул из кармана небольшую капсулу.
– Вы наверняка знаете, почти все в Зоне зависит от энергии жизни. Она гораздо мощнее, чем атомная, а главное, совершенно безопасная…
Ковач говорил то, о чем Ренье и сам мог написать книгу, а то и несколько; слова полковника звучали мягко, успокаивающе, – и это помогло Жаку прийти в себя.
– Пока мы не знаем, как действует эта энергия, и как ею управлять. Но…
– У вас там дрянь какая-то?
Ренье посмотрел на капсулу.
– И моя кровь должна ее разбудить?
Полковник глянул на пустошь, – туда, где лежал труп его охранника.
– Обычно у меня не бывает с этим хлопот. У этих ребят всегда достаточно крови. Но вы, доктор… боюсь, вы к этому не привыкли.
– Берите свою, – ругнулся Ренье.
И сам испугался своей храбрости.
– Я пробовал, – спокойно ответил Ковач. – И много раз. Но мои лейкоциты уже давно мутировали. Моя кровь не годится.
– Вы и правда колете себе вытяжку из зерфольвов? – спросил Ковач с недоверием.
– Небольшая цена за то, чтобы не стареть… Жаль, я не делал этого, когда был гораздо моложе. Итак, доктор?
Ренье выглянул из расщелины.
Вертолет снижался.
– Хорошо, – бросил Жак, и закатал рукав.
Глава 3
– Долго еще? – спросил Ренье.
Он посмотрел на капсулу.
Адреналин спал, – и сменился страхом. Диким, животным ужасом, – когда хочется выть и лезть на стену, клацая зубами.
Жака трясло, похоже, что он обмочился, – ему было наплевать.
– Бог создал мир за шесть дней, – невозмутимо ответил Ковач.
– И что?
– Вот вам яркий пример того, что спешка губительна. Мир-то получился погано. Если бы Господь не спешил все кончить к субботе, – может, зла и насилия вокруг нас было бы гораздо меньше.
Ренье осторожно выглянул из расщелины.
– Они зависли над нами, – бросил он. – Лестницу спускают.
– Конечно, – Ковач кивнул. – Сперва деранторы хотели расстрелять нас с воздуха. Кружили вокруг скалы. Теперь поняли, что мы забились в пещеру, и сами придут за нами.
Полковник не двигался.
Будь его воля, – Ковач бы запретил Ренье глядеть из расщелины. Жак просто мог их выдать. Но серб знал, что страх гораздо сильнее, чем любые доводы разума, – и решил просто не трогать доктора.
– Матерь божья, – пробормотал Жак. – Это… это не люди.
Рыжая, волосатая тварь, с шестью лапами, – быстро спускалась по веревочной лестнице. Морда у нее была обезьянья, – оскалена острыми клыками, кровь бурлила в глазах. Лапы тоже принадлежали орангутангу, а круглое, налившееся тело было паучьим.
– Андрахны, – бросил Ковач. – Я прав?
Второй обезьяно-паук появился из вертолета.
– Вторая волна мутаций…
– Но я не понимаю, – с отчаянием протянул Ренье. – Это же деранторы. Они против науки, экспериментов. Как они могут держать андрахнов?
Ковач усмехнулся.
– Они террористы, Жак. А террористы всегда похожи на тех, кого ненавидят. Как две капли воды…
Полковник передернул затвор.
– Спрячьтесь подальше, Жак. Андрахны скоро доберутся сюда. Этих тварей очень сложно убить…