— Мисс Мэйфилд — адвокат.

— Ох!.. Ну, я прошу прошения, если…

— Я непрактикуюший адвокат, — успокоила Кейт.

— Отлично! — возрадовался он и пошутил: — Вы слишком прелестны, чтобы быть адвокатом.

Мисс Мэйфилд уставилась на мистера Мэдокса.

А тот сказал:

— Я полагаю, что поиски вы начнете утром. — И заметил: — Сейчас уже слишком темно, чтобы посылать людей в эти леса.

Мистер Мэдокс явно тянул время, пудря нам мозги всем этим вздором насчет возмещения убытков и прочего.

— Мне кажется, у нас есть еще три часа до наступления темноты, — возразил я.

— Хорошо, я пошлю своих служащих на поиски сейчас же. Они знают местность.

Мы смотрели друг на друга в упор. Его странные серые глаза так ни разу и не мигнули.

Не отводя взгляда, он спросил:

— Мистер Кори, скажите мне, пожалуйста, почему федеральный агент оказался на моей территории?

Ответ у меня был уже готов:

— Тот факт, что мистер Маллер является федеральным агентом, в данном случае не играет никакой роли.

— Никакой роли?

— Да. Он в отпуске, отправился путешествовать. Не на задание. Разве я вам об этом не говорил?

— Возможно, я вас не так понял.

— Возможно. Но поскольку он все же федеральный агент, федеральные власти помогают нам в ведении поисков.

— Понятно. Стало быть, мне не следует делать слишком далеко идущих выводов из того, что вы с мисс Мэйфилд — сотрудники Антитеррористической оперативной группы.

— Не следует. Вам вообще не нужно делать из этого никаких выводов. Мне, вероятно, следовало добавить, что мистер Маллер — мой коллега, так что мы здесь оказались еще и по личным мотивам, равно как и из профессиональных соображений.

Он с минуту раздумывал.

— Я не встречался с подобным проявлением дружбы и товарищества с тех пор, как уволился из армии. Если бы без вести пропал я, не могу припомнить ни единого человека, кто сделал бы нечто большее, чем пара телефонных звонков, чтобы меня отыскать.

— Даже ваша мама?

Он улыбнулся:

— Ну разве что она. И может быть, мои дети — через какое-то время. Ну и, конечно же, налоговая служба — они тут же заявятся, стоит лишь пропустить очередной квартальный платеж.

Ни я, ни Кейт не стали это комментировать.

Мэдокс закурил новую сигарету и выпустил несколько колечек.

— Забытое искусство. Могу я предложить вам сигарету?

Мы отказались.

Я еще раз оглядел комнату и тут заметил в темном углу два уставившихся на меня блестящих глаза. Присмотревшись, я понял, что это просто его огромный черный медведь. Он стоял на задних лапах, угрожающе подняв передние. Я, конечно, понимал, что он давно сдох и чучело, но все-таки вздрогнул.

— Это вы его застрелили? — спросил я Мэдокса.

— Я.

— Где?

— Здесь, на нашей территории. Они иногда пролезают сквозь ограду.

— И вы в них стреляете?

— Ну, если это не в сезон охоты, мы стреляем транквилизатором, а потом вывозим их. А почему вы спрашиваете?

— Я не люблю медведей.

— У вас были с ними неудачные встречи?

— Нет, я стараюсь таких встреч избегать. Слушайте, а как по-вашему, пуля из девятимиллиметрового «глока» может остановить медведя?

— Не думаю. И надеюсь, вам никогда не придется это выяснять.

— Я тоже на это надеюсь. А у вас на территории поставлены капканы на медведей?

— Конечно, нет. Мои гости гуляют по всему участку, и я вовсе не хочу, чтобы кто-то из них попал в капкан. — И добавил: — Это относится и к забравшимся к нам нарушителям. За такое можно под суд угодить. — Он взглянул на часы: — Итак, если…

— Еще пара вопросов, пока не принесли кофе.

Он не ответил, и я спросил:

— Значит, вы охотник?

— Да, иногда охочусь.

— И все это ваши трофеи?

— Да. Я чучела не покупаю, как некоторые.

— Значит, вы хороший стрелок?

— Я был снайпером в армии, да и сейчас могу положить оленя с двухсот ярдов.

— Это здорово. А этот медведь был от вас близко?

— Близко. Я этих хищников всегда поближе подпускаю. — Он посмотрел на меня, и мне подумалось, что этот тип сейчас всеми силами старается проникнуть в мысли вашего покорного слуги. — Именно такая охота больше всего возбуждает, — добавил он и вдруг спросил: — А какое это имеет отношение к исчезновению мистера Маллера?