— Джулия! Джулия! Ты наверху? — звал отец, поднимаясь по лестнице.

«Нет. Джулии нет наверху, — думала Ханна с грустью. — Джулии нет в нашем доме, папа. Джулия в земле».

— Джулия? Да где же Джулия? — продолжил кричать отец. — Кто-нибудь видел Джулию?

Глава 19

Саймон Фиар натянул плащ и вышел в вечерний полумрак, бормоча что-то себе под нос. Обшарив весь дом в поисках дочери, он решил поискать в саду.

Уже случалось, что Джулия пропадала, и тогда отец находил ее сидящей на садовой скамейке, погрузившуюся в сборник романтической поэзии.

Бледная ущербная луна, выплывшая из-за леса, повисла над краем газона. Небо все еще оставалось голубым. Холодный ветер ударил Саймону в лицо, как только он вышел во двор.

— Джулия! Ты здесь? — ветер относил его слова назад. Мужчина покрепче запахнул плащ.

Розы, поднимавшиеся по решетке, слегка колыхались. В кронах деревьев шумел ветер.

Или это не ветер?

Саймон замер как вкопанный, придерживая рукой полу плаща и напряженно прислушался.

Что за жуткий вой? Или крик боли?

Саймон зашагал в том направлении, откуда доносился звук. Вскоре он оказался вблизи кладбища. Сузив глаза, мужчина вновь прислушался.

Звук повторился.

Перепуганный вопль. Словно кричало животное, попавшее в капкан.

Еще один вопль, на высокой ноте. Точнее, вой

Саймон оглядел тянувшиеся вдоль забора сарай. «Наверное, туда забрался какой-то зверь и не может выбраться обратно? — подумал он.

Снова раздался отчаянный вой.

Нет. Этот звук доносился не от сараев.

Кричали совсем близко.

Порыв ветра донес очередной вопль, и Саймон невольно запахнул плащ еще крепче.

Затем посмотрел под ноги. Казалось, что звук доносится прямо из-под земли.

— Но это невозможно! — воскликнул мужчина.

И только тут он понял, что стоит возле свежей могилы. Темный холмик возвышался над зарытым совсем недавно гробом.

Это была могила мистера Дженкинса.

В который раз донесся жалостный крик, напоминавший стон животного.

Из-под земли. Из могилы.

Кто-то звал из только что закопанной моги л м

Девушка.

Джулия!

— Нет! — вскрикнул Саймон, охваченный ужасом.

Не соображая, что делает, он схватил лопату и принялся раскидывать землю.

С колотящимся сердцем, Саймон копал, как безумный. Лезвие легко входило в мягкую землю. Мужчина работал лихорадочно, кидая грунт через плечо, и углублялся все сильнее, сильнее, пока не почувствовал, что грудь вот-вот разорвется. И тут лопата ткнулась во что-то твердое. В крышку гроба.

— Ага! — воскликнул Саймон и принялся копать еще быстрее, выбрасывая землю из ямы.

Совсем близко! Совсем близко!

— Я иду к тебе! — орал он не своим от страха голосом. — Я иду к тебе! Я иду к тебе!

Он даже не пытался вытащить гроб, а, отбросив лопату, спрыгнул в яму. Дрожащими руками Саймон отодвинул защелку. И, громко вскрикнув, с прыгающим сердцем, приподнял крышку гроба.

Глава 20

— Джулия! — только и смог выкрикнуть Саймон, увидев свою дочь, лежащей поверх тела садовника.

Ее темные волосы закрывали лицо. Отец осторожно откинул их дрожащими руками, и у него вырвался громкий стон.

Умерла. Она умерла.

Девушка была совсем бледной. Лицо исказила гримаса ужаса, неподвижные глаза широко распахнулись. От носа к подбородку пролегла струйка засохшей крови.

— Не-е-е-е-е-е-ет! — истошно заорал Саймон, и крик отразился эхом от стенок разрытой могилы.

Он в ужасе глядел на тело дочери. Ее ногти были обломаны и испачканы в крови. На внутренней поверхности крышки гроба виднелись глубокие царапины.

«Похоронили заживо, — понял отец. — Джулию похоронили заживо».

Порыв ветра окатил его. Он посмотрел на серебристый месяц. Больше не было сил глядеть на Джулию.

— Кто? — закричал Саймон, вылезая из ямы и цепляясь руками за рыхлую землю. — Кто это сделал? Кто?

Выбравшись на твердую почву, он окинул взглядом свой дом.

— Кто это сделал? Кто убил мою дочь?

Он сорвал плащ и кинулся к усадьбе.

Дом вырос перед ним темным пятном. Весь мир прекратился в темные пятна.