— Он умер, — произнесла она наконец.

— Нет! — завопила Джулия в ужасе. — . этого не может быть! Он…

В уголках ее серых глаз выступили слезы.

— Бедный Флафф! Бедный Флафф! Бедный Флафф! — повторяла Ханна быстро, все еще прижимая мертвую собаку к себе.

— Нет! Не могу поверить! — кричала Джулия, мотая головой. — Он чувствовал себя хорошо, пока… пока…

Обеим девушкам пришла одновременно та же мысль.

— Пирожок! — воскликнула Ханна. Она уставилась на сестру расширенными от ужаса глазами. — Джулия, ты…

Сестра посмотрела на лежавший на покрывале пирожок.

— Нет. Я к нему не притронулась. А ты?

— Один лишь Флафф попробовал, — покачала головой Ханна. — А теперь бедный пес мертв.

— Отравился, — добавила Джулия.

— Что ты сказала, сестренка? — вскинулась Ханна.

— Отравился; — повторила Джулия, вытирая слезы с глаз. — Люси… Она отравила пирожки. Больше некому.

— Нет! — выкрикнула Ханна, бросая собаку на Покрывало и дрожа от ужаса. — Ты думаешь, что… Люси, — повторила сестра. — Она чуть не убила всех нас.

Ханна с трудом сглотнула, сердце бешено колотилось у нее в груди. Она быстро вскочила на ноги, испуганно озираясь.

— Да где же мальчишки? — спросила она, оглядывая лес. — Джулия, разыщи их и веди домой. Я побегу предупредить папу. Он должен знать о том, что сделала Люси.

Ханна бежала по лесу к своему дому, а слезы так и катились по ее лицу. «Бедный Флафф, — думала она. — Бедная, невинная собака. Он выглядел таким испуганным и удивленным. Его отравили. Отравила эта ненормальная горничная».

Если бы только Ханна сообщила отцу о своих подозрениях насчет Люси после того, как порезала ногу, то Флафф остался бы жив.

«Теперь я расскажу папе обо всем, — твердила себе девушка. — И служанку прогонят прежде… Прежде, чем она еще кого-нибудь убьет».

Вскоре показалась усадьба Фиаров. Ханна чуть-чуть притормозила, увидев, что начались приготовления к похоронам. Закрытый сосновый гроб стоял возле вырытой могилы.

«Должно быть, это хоронят Дженкинса», — поняла девушка, Люди соберутся здесь через несколько минут.

При воспоминании о Флаффе Ханна невольно всхлипнула. Она быстро отвернулась от узкого гроба и в один миг преодолела расстояние, отделявшее ее от дома.

Девушка вбежала в дом через черный ход.

— Папа! Папа! Ты внизу? — позвала она, затаив дыхание.

Ответа не было.

Кухню заливал яркий свет, струившийся ил окна.

— Папа! Папа!

Никто не отзывался.

Ханна, словно безумная, кинулась по коридору.

И тут дорогу ей преградила фигура в черном

— Люси!

Глава 17

Люси сделала шаг навстречу Ханне, ярко освещенная солнечным светом. Ее огненные волосы были собраны в тугой пучок, а глаза смотрели прямо в лицо девушке.

— Люси, почему ты хотела нас отравить? — выпалила Ханна, почти не дыша. — Почему?

— Что? — у горничной отвисла челюсть.

— Не отпирайся! — прокричала Ханна со злостью. — Зачем ты отравила наш завтрак? '

— Не пойму, о чем вы толкуете, мисс, — ответила Люси, вздернув свой острый нос.

— Ты убила мою собаку! — заорала Ханна.

— Что за шум, а драки нет? — в коридоре появилась миссис Мак-Кензи. — Ханна, что случилось? — спросила экономка с участием.

— Люси пыталась нас отравить! — крикнула девушка, указывая на горничную, которая начала отступать назад. — Она отравила пирожки с мясом!

— Что? — миссис Мак-Кензи посмотрела на нее сузившимися глазами. — Что ты сказала о

мясных пирожках? О мясных пирожках, которые вы взли с собой?

— Да, — отвечала Ханна, — Они оказались отравленными. Люси с самого начала старалась

причинить нам вред. А сегодня…

— Нет! — вмешалась горничная. — Нет! Вы лжете, мисс!

Не обращая на нее внимания, Ханна повенулась к миссис Мак-Кензи.

— Нужно предупредить отца. Он должен узнать все. Люси отравила пирожки.

— Нет, она этого не делала, — сказала миссис Мак-Кензи, упирая руки в бока.