Путь к пещере занял мало времени и не был богат на события. Бейну встретились пара–тройка контуженых человек, переживших руусанскую битву, которые очумело вытаращились на промчавшийся мимо свуп. Он не стал уделять им внимания. Сомнительно, чтобы кто–то его опознал. А если и так, то байка о целехоньком повелителе ситов, гоняющем по полям с девчонкой на заднем сидении, прозвучала бы столь же нелепо и вычурно, как россказни наемников из лагеря Каана.

Он остановил свуп у входа в темный и неприветливый тоннель, ведущий в пещеру ментальной бомбы. Спешился; под твердой подошвой тяжелых черных сапог громко хрустнули мелкие камушки. Занна была слишком мала, чтобы просто сойти со свупа, но без малейшего страха спрыгнула с сиденья, мягко приземлившись на землю.

Спускаясь по тоннелю, оба молчали, освещая дорогу одним из светостержней, обнаруженных Бейном в лагере ситов. Воздух вокруг понемногу холодел и Занна начала дрожать, хотя не стала жаловаться. Быстрым шагом они двигались вниз по неровному проходу; путешествие по тоннелю, от входа до пещеры, заняло почти двадцать минут. И Дарт Бейн впервые удостоился шанса увидеть то, к чему привели его манипуляции с Братством Тьмы.

Бледная, мерцающая сфера, зависшая в центре пещеры, достигала почти четырех метров в высоту. Сфера переливалась энергией; она заставила шею Бейна покрыться мурашками, подняла волоски на руках. На блестящей, отливавшей металлом поверхности, в медленном, почти гипнотическом ритме, кружились темные прожилки теней. Что–то гротескное, неотразимое было в сфере, нечто пленительное и одновременно отталкивающее.

Спрятавшаяся за Бейном Занна вздохнула, от удивления резко втянув носом воздух и медленно выдохнув. Бейн опустил на девчонку взгляд, но та не ответила — широко распахнутые глаза Занны были прикованы к останкам ментальной бомбы. Вернув внимание сфере, Бейн ступил глубже в пещеру. Занна шагнула следом, но тут же отошла назад.

Подойдя вплотную к бомбе, Бейн снял перчатку и прижал ладонь к гладкой поверхности. Руку обожгло холодным огнем, но он забыл о боли, порабощенный чарующим зовом сферы. От его прикосновения темные тени, кружащиеся внутри, сплотились в единую массу. Мысли запертых внутри душ поднялись к поверхности навстречу Бейну: тихий шепот зазвучал в альковах его разума, послышались невнятные, но полные гнева и отчаяния слова.

Повинуясь инстинкту, сознание Бейна попробовало дать отпор. Он поборол порыв отнять руку от сферы, и протянул восприятие глубже, проникая внутрь сферы, окунаясь в бездонные глубины ее черного сердца. Гневный шепот обернулся мучительным криком. Но кричали далеко не разумные создания: он слышал животный вой первобытной, слепой ярости. Все те, кого поглотила ментальная бомба (повелитель Каан, генерал Хот, джедайские и ситские солдаты), были стерты из действительности, разорваны в клочья взрывной волной. Остались лишь обрывки, редкие частицы того, что некогда звалось душой, не способные больше на сознательное мышление, страдающие, вопящие в вечном безумии.

Они кружили над сознанием Бейна, пробивая путь к его цельной личности, словно паразиты, льнущие к жертве. Голосящие призраки обступили его, цепляясь за мысли и стараясь завлечь в свою темную бездну.

Бейн оторвал их от себя и отшвырнул с почти надменной легкостью, растерзав и так уже хрупкие души, и позволив разуму всплыть на поверхность. Через секунду он был свободен, оставил позади темницу, из которой другим никогда не сбежать.

Он убрал руку с поверхности сферы, и отступил на шаг, удовлетворенный тем, что узнал. Призраки за ним не охотились; Каана больше нет. Ни в одной из известных действительностей. Образ, увиденный в лагере ситов, всего лишь иллюзия, порожденная контуженым разумом.

— Они там заперты? — спросила Занна. Она во все глаза глядела на Бейна с выражением трепета и ужаса одновременно.

— Заперты. Мертвы. Разницы никакой, — ответил Бейн, подернув плечами. — Каан и Братство уже в прошлом. Поделом им.

— Они были слабыми?

Прежде чем ответить, Бейн призадумался. Кем только Каан ни был: амбициозным, харизматичным, упрямым, а под конец — бесконечно глупым, но он точно был не слабак.

— Каан был предателем, — сказал, наконец, Бейн. — Он увел Братство от учений древних ситов. Повернулся спиной к самому естеству темной стороны.

Занна не сказала ни слова, и лишь выжидательно смотрела на учителя. Роль наставника была для Бейна в новинку; он привык действовать, а не болтать. И уж точно не привык делиться мудростью с другими. Но он хорошо понимал, что эти уроки принесут куда больше пользы, если Занна сама разберется в отдельных вопросах.

— Почему ты стала моей ученицей? — спросил он, проверяя ее. — Почему выбрала темную сторону?

— Власть, — быстро отозвалась девчонка.

— Власть — лишь верный способ достижения цели, — напомнил Бейн. — Это не самоцель. Для чего тебе власть?

Девчонка наморщила лоб. Учитель уже знал выражение: она подыскивала ответ.

— Через власть я познаю победу, — наконец сказала Занна, цитируя строки Кодекса ситов, выученного всего несколько часов назад.

Судя по тону, она пыталась руководствоваться ограниченным пониманием темной стороны, чтобы польстить ответом Бейну.

— Через победу мои оковы рвутся…, — продолжила она, мало–помалу находя нужный ответ. Секундой позже она воскликнула: — Свобода! Темная сторона нас освобождает!