— Конкретнее, — попросила Иртанна, разворачивая челнок по широкой дуге, чтобы поравняться с людьми на земле.

— Два человека, — сообщил Джоан. — С такой высоты не скажешь, дружелюбны они или нет.

— Я сажусь, — ответила Иртанна.

В основные задачи группы входили поиск и помощь раненым; вторым по важности пунктом была доставка командованию флота разведданных, и где–то вдалеке от первых двух отстоял прием на борт челнока вражеских солдат, добровольно решивших сдаться.

Челнок опустил нос, нырнув к земле, и ускорение вдавило Джоана в сиденье. Иртанна вела судно невысоко и на предельной скорости: военный маневр выжимал из корабля все соки.

— Я их вижу, — доложил Джоан, когда две крохотных, расплывчатых фигурки на земле стали различимы через иллюминатор кокпита.

Бордон приподнялся и облокотился на спинку сиденья Джоана, чтобы лучше видеть растущие на глазах фигуры. Когда «Звездный след» подлетел ближе, силуэты людей стали четче: мужчина и женщина, на каждом легкая броня и оба бегут что есть мочи.

Рев двигателей стремительно снижающегося челнока заставил двоих остановиться и уставиться в небо. Мгновением позже парочка упала лицом в грязь, когда челнок пронесся почти над самыми их головами и окатил их волной громогласного гула.

Бурча под нос проклятия и сражаясь с неповоротливыми рычагами управления, Иртанна круто развернула челнок и посадила его в пятидесяти метрах от преследуемых людей. Сквозь обзорное окно Джоан видел, как пара медленно поднялась, едва пилот заглушил двигатель. Женщина что–то сказала мужчине, и тот согласно кивнул. Они подняли руки и медленно поплелись к судну.

Оба были в обмундировании Братства. Но Джоан не ощутил в них и следа темной стороны.

— Друзья ситов, — сказал он. — Похоже, наемники.

— Это может быть ловушкой, — предостерег Бордон. — У треклятых наемников ни капли чести.

— Я так не думаю, — ответил Джоан. В случае опасности, он бы почувствовал волнение в Силе. — Кажется, они просто хотят сдаться.

— Дерьмососы вонючие, — прошипел Бордон. — Врубай движок и поджарь их!

— Нет! — воскликнул Джоан, увидев, как Иртанна потянулась к кнопке зажигания. — Надо их допросить, — напомнил он. — Узнать, что им известно.

— А потом чего? — хмуро пробурчал Бордон.

— Потом мы доставим их к Фарфелле и посадим под замок к другим пленным.

Бордон хлопнул рукой по стенке кокпита.

— Эти говнюки явились на мою планету — ко мне домой — чтобы гнобить нас ради собственной наживы!

— При удобной возможности они нам глотки перережут, не задумываясь, — согласилась Иртанна.

— Мы не такие, как они, — сказал Джоан. — Мы не убиваем пленных.

— Моя жена погибла от рук этих сучьих потрохов! — вскричал Бордон. — А теперь ты их щадить вздумал?

— Ненависть ведет на темную сторону, — отозвался Джоан, внимая мудрости джедаев. Но словам, прозвучавшим из уст девятнадцатилетнего падавана, явно не доставало силы. Произнося их, Джоан уже знал, насколько те пусты.

Бордон раздраженно всплеснул руками и сердито опустился на сиденье.

— Так ты тут за этим? — с отвращением буркнул он. — Держать нас на поводке? Не хочешь, чтоб сошли с твоих драгоценных «светлых» путей? Тебя для этого Фарфелла послал?

Не посылал он меня. Я сам по себе, — подумал Джоан. Он развернулся лицом к Бордону, который сосредоточенно разглядывал пол, не желая встречаться с ним взглядом. Двое его сыновей впились в молодого джедая ядовитыми взглядами. Он понимал их гнев. Ситы поселили войну на Руусане, войну, забравшую все, что они знали, и что их заботило: их дом, средства к существованию… и, конечно же, мать.

Бордон с сыновьями не понимали только одного: безымянные солдаты не могут отвечать за все ужасы и трагедии, что раскололи их мир. Каково бы ни было их преступление, эти двое не заслуживают груза ответственности за действия Каана и Братства. Кого действительно следует винить, так это мастеров–ситов, адептов темной стороны. Но стоило Джоану взглянуть в полные ненависти глаза парнишек, он осознал, что им не понять. Только не сейчас, пока все выстраданное до сих пор свежо в их памяти.

Джоан прилетел на Руусан, чтобы поймать тех членов Братства, что пережили взрыв ментальной бомбы. Он хотел продолжить дело генерала Хота — учителя и духовного наставника — и искоренить повелителей ситов, навсегда покончив с угрозой темной стороны. Но теперь в его сознании родилась цель, гораздо более высокая: нужно спасти Бордона и его сыновей от самих себя.

Они честные, порядочные люди. Но, пойдя на поводу у гнева и ненависти, они безжалостно и хладнокровно убьют беззащитных врагов — только если им не помешает Джоан. Когда спадет гнев, воспоминания о кровавой расправе истерзают их разум, — падаван это знал. Вина и самобичевание будут снедать Бордона и его сыновей до тех пор, пока, в конечном счете, не сведут в могилу. Джоан не мог это позволить.

Повернувшись к Иртанне, он вновь увидел гнев. Но взгляд девушки был холодным и осмысленным — таким образцовый солдат награждает врага. Джоан понял, что сама она не убьет пленных, но не помешает сделать это другим. Он уже знал, как поступит.