Кстати говоря, своё новообретённое звание сотника я определил примерно как лейтенантское. То есть я, выходит, получил те же звёздочки, что и какой-либо 'пиджак' из студентов. С учётом опыта и заслуг Спутника, чьё положение я вроде бы унаследовал, можно было бы претендовать и на большее, только вот оно мне надо? Да ни в жизнь! Потом подумалось – а может, такие вот накладки – результат автоматического перевода, и для аборигенов эти полтора десятка вариаций сотника звучат по-разному? А леший их разберёт! А в целом – голова кругом. Например, местный завскладом носит интендантское звание, формально соответствующее всё тому же сотнику, но из-за того, что он относится к тыловой службе, по отношению к строевым офицерам оно учитывается на ступень ниже. Но поскольку он – командир отдельного подразделения (службы, обслуживающей склады), то считается на ступень выше, чем офицеры, не занимающие аналогичной должности. Короче говоря, танцы бальные, с притопом и шестью прихлопами. Если же ещё добавить кастовость, клановость да благородство происхождения (впрочем, на последнее между младшими офицерами в строевых полках внимания обращали не очень-то много) – то впору вместе с формой заказывать плотную рубаху со шнуровкой на спине и очень длинными рукавами.

Ох, ты ж, ёлкин пень с застругами! Для боевой обстановки своя система подчинения, причём отдельно – для предбоевой ситуации и отдельно – собственно для боя. Нет, лесом эти тонкости, самым что ни на есть дремучим! Мне ещё надо смотреть нормативы по подготовке, глянуть наставления по тактике, да и план занятий прибросить надо бы. Но последний пункт – так, сугубо контурно, поскольку, не зная текущего состояния подготовки моих подчинённых, сочинять что-то более подробное – занятие на диво бессмысленное.

Лёг в итоге за полночь. И это ещё комендант выдал только то, что непосредственно касалось стрелков, а точнее – лёгкой пехоты, в состав которой лучники включались сравнительно небольшими группами – примерно пятьдесят человек на подразделение в две с половиной-три сотни бойцов. При этом командовал всеми командир пехотинцев. То есть мои подопечные рассматривались как вспомогательные силы для вспомогательных войск. С одной стороны – как-то не совсем отвечает опыту земных войн последних пары сотен лет, а с другой…

Во-первых, на Земле долгое время было что-то похожее: стрелков или делили мелкими партиями между пехотинцами, или большую часть войска вооружали помимо прочего ещё и короткими луками (как, например, те же татаро-монголы или скифы). Перелом наступил разве что с созданием англичанами регулярного войска со знаменитыми (вернее – пресловутыми) длинными луками, точнее – после битвы при Азенкуре, а ещё точнее – после распространения английской версии хода боя. Потом было огнестрельное оружие, быстро превратившее дистанционный бой в основной вид боевых действий. Но на Земле хоть во время осад роль лучников возрастала! Здесь же – ни в коей мере.

Ну и, во-вторых, не стоит забывать про такой мощный фактор, как магия в целом и её боевая разновидность в частности. Таким образом, основные задачи по уничтожению врагов на расстоянии брали на себя представители Гильдии, а стрелковые полусотни решали вспомогательные и второстепенные по меркам сражения задачи в интересах своего подразделения. Ни о каком взаимодействии с другими родами войск, централизованном управлении огнём (пардон – стрельбой), о распределении целей, о нормальном стрелковом прикрытии и сопровождении своих войск и речи не шло. В том числе из-за того, что командирам 'рук' и выше хватало других, более важных, забот, а лучными полусотнями редко когда командовал офицер, пусть и минимального звания. И то правда – ни славы, ни весомой доли в добыче, зато хорошие шансы быть вырубленным на корню при прорыве противника, особенно – кавалеристов. Поскольку ни сколько-то серьёзного доспеха, ни оружия для ближнего боя, за исключением кинжалов или, в лучшем случае, коротких мечей, ни щитов. И вышестоящие командиры в первую очередь прилагают усилия к спасению 'более серьёзных' бойцов.

Кстати, о подразделениях. Как я и предполагал, название 'сотня' носило довольно условный характер, количество народу в ней могло варьироваться в достаточно широких пределах. Три сотни пехотинцев – 'кость', по факту, как уже говорилось, двести пятьдесят-триста человек. Это как правило, а так, в зависимости от привходящих обстоятельств (в том числе от того, какая это пехота), могло быть от ста восьмидесяти до четырёхсот бойцов (лучники не в счёт). Четыре кости – рука. Почему не пять, по числу пальцев? А чтоб было двенадцать сотен в руке, всего-то. Четыре руки – полк. Это получается штатно четыре тысячи восемьсот человек? Что ж, практически вдвое больше, чем обычный пехотный полк времён Великой Отечественной. Три полка – легион, четырнадцать тысяч восемьсот пехотинцев. Добавляем две тысячи четыреста лучников в костях, личную сотню охраны командира легиона (до двухсот человек и больше, на самом деле), личные сотни полковников, конную разведку, расчеты метательных машин, магов со свитой – получаем по усреднённым штатам около девятнадцати тысяч бойцов и приравненных к ним лиц, то бишь – комбатантов. Добавляем штатный обоз – получаем двадцать пять-тридцать тысяч человек. Добавляем обоз сверхштатный – всякого рода вольных торговцев, скупщиков трофеев, передвижные бордели, семьи легионеров, всякого рода гадальщиков, предсказателей, авантюристов, наёмников… Получаем толпу, способную достигать и сорока тысяч человек, и больше.

М-да, что-то я увлёкся. Так вот, при осаде крепостей лучников продолжают рассматривать как нечто среднее между 'помощниками помощников' и обузой. При этом в попавшемся мне наставлении командирам пехотных подразделений указывалось на необходимость пресекать попытки лучников ввязываться в перестрелку со своими коллегами по ту сторону стен. Как было сказано, 'следует направлять их активность на цели, представляющие собой реальную боевую силу и опасность для укрепления'. Потери же самих стрелков списывались на 'военную неизбежность'.

По контрасту с Орденом это воспринималось даже более дико, чем в сравнении с современными вооружёнными силами на Земле. Поскольку основой Ордена были именно Стражи, мои коллеги, ориентированные на дистанционный бой. Конечно, тут причина и следствие отчасти менялись местами – Орден изначально строился вокруг Стражей, да и специфичность решаемых задач не могла не сказаться. Интересно, удастся ли протолкнуть идею некоторой реорганизации, с учётом условий грядущих боёв? Есть несколько интересных мыслей, на стыке опыта Спутника и кое-каких идей земного происхождения. Но их я додумаю утром, на свежую голову.