– Ну, а сам Павлов-то что говорит? – спокойно поинтересовался Гуров.

– А говорит он то же самое, – съязвил Крячко. – Дескать, да, были! Но если привозить совершеннолетних девушек к себе на дачу – это уголовное дело, то тогда миляга-Павлов согласен идти под суд. Можешь, кстати, сам его допросить.

– А ты что с ним делать собрался? – поинтересовался сыщик.

– Ничего, Лева, – Станислав тяжело вздохнул. – Не пойму я, врет он или нет. Стоит к нему допустить адвоката, и парень окажется на свободе. У нас все же мало доказательств. Снимем с него показания и отпустим. Будем искать что-то еще.

– Вот, слышу речь не мальчика, но мужа, – улыбнулся Гуров. – Кстати, машину Павлова досматривали?

– Увы, Лева, сей транспорт нам недоступен, – Крячко развел руками. – Стервец только сегодня утром подал в участок заявление об угоне автомобиля.

– А вот это уже плохо, – хмыкнул сыщик. – Машинка бы могла нам о многом рассказать. А теперь, если она когда отыщется, то только в период сильной засухи на дне Москвы-реки. Это, конечно, в том случае, если Павлов убил девушек. Но не буду размахивать шашкой. Мы еще поборемся. Давай сюда Павлова.

Станислав вышел и минут через пять вернулся в кабинет, пропуская перед собой бизнесмена. Павлов выглядел уставшим и немного бледным, но в целом казался относительно спокойным. Настолько, насколько может быть спокоен человек при подобных обстоятельствах. Гуров представился и предложил Павлову сесть. Тот осторожно опустился на старый деревянный стул.

– Слушайте, господин полковник, – немного раздраженно проговорил бизнесмен. – Я устал и хочу есть. Целый день меня возят из одного конца Москвы в другой, не предъявив никаких обвинений. Давайте закончим побыстрее, и я пойду домой.

– Не так быстро, мальчик, – Крячко помахал перед носом Павлова ордером на арест. – Вот эта бумажечка позволяет мне задержать тебя на некоторый срок. А того, что я нашел у тебя в офисе и на даче, хватит, чтобы сделать этот срок безобразно долгим.

– Николай Николаевич, поверьте, мы не меньше вас устали, – прервал Крячко сыщик. – И господин полковник так же, как и вы, ничего сегодня не ел. Ему не меньше вас хочется все закончить и уйти домой. Давайте поможем друг другу. Быстро выясним все, что нужно, и разойдемся в разные стороны.

– Ага, понимаю, – ухмыльнулся Павлов. – Вы что, свои методы вместе с прогрессом не совершенствуете? Один следователь добрый, другой злой…

– Это он-то добрый? – рассмеялся Станислав, махнув рукой в сторону Гурова. – Парень, если полковник Гуров за тебя возьмется, то тебе и небо с овчинку покажется. Давай, переставай паясничать. У нас к тебе куча вопросов.

– Что ж, спрашивайте, – вздохнул Павлов. – Вижу, мне все равно деваться от вас некуда…

Телефон едва успел зазвонить, как Гуров проснулся и снял трубку. Следом за телефоном зазвонил будильник, и сыщик прихлопнул его свободной рукой. Осторожно выбравшись из кровати, чтобы не разбудить Марию, Гуров взял аппарат и вышел из спальни в гостиную.

– Доброе утро, Лев Иванович, – услышал сыщик уже ставший знакомым, искаженный хрипотцой голос Палача. – Как спалось? А вы знаете, что общего у актрис с проститутками?.. То, что и те, и другие умеют здорово изображать экстаз! – убийца разразился смехом.

– А знаете, что у нас с вами общего? – спокойно поинтересовался Гуров и сам же ответил: – То, что мы оба добьемся того, чего хотим. Вы сядете в тюрьму, а я уйду в отпуск. На пару недель.

– Ну, Лев Иванович, где ваша проницательность? С чего вы решили, что я хочу сесть в тюрьму? – полюбопытствовал Палач. – Если вы руководствуетесь расхожим мнением о том, что каждый преступник подспудно желает быть наказанным, то сильно ошибаетесь. Пока караю и милую только я. Вы же безуспешно пытаетесь мне помешать. Впрочем, зря стараетесь. За решетку я не попаду. Не забывайте, я слежу за каждым вашим шагом. И если вдруг случится невероятное и вы выйдете на меня, это тоже ничего не решит.

– Почему? – поинтересовался Гуров, делая знаки проснувшейся Марии связаться с МУРом по сотовому телефону и попросить определить, откуда звонят. Строева кивнула и побежала искать телефон, который Гуров вечно бросал где попало.

– Все очень просто, Лев Иванович, – усмехнулся убийца. – Вы ведь должны не сажать преступников в тюрьму, а пытаться предотвратить преступления. Так вот, если вам удастся меня поймать, я убью первую же подвернувшуюся мне под руку девушку. А потом покончу с собой. Преступление вы не предотвратите, убийцу не поймаете. Получается, что вы в любом случае в проигрыше.