– Нельзя быть до конца ни в чем уверенным, – проговорил сыщик, глядя, как Мария набирает телефонный номер и начинает говорить с дежурным. – Вот вы, наверное, скажете, что убиваете девушек во имя какой-нибудь высшей справедливости. А вы уверены в этой «справедливости»? Чем она справедливей остальных?

– Лев Иванович, справедливость тут ни при чем, – рассмеялся Палач. – Ее никогда не было и никогда не будет. Просто наше общество больно. Кому-то нужно его лечить. Выжигать язвы. Пусть болезненно, но зато действенно. Даю вам слово, что через два месяца ни одна девушка в Москве не решится выйти на панель…

– А потом что? – перебил его Гуров, пытаясь затянуть разговор. – Поедете на гастроли в Питер?

– Лев Иванович, а вот вы вчера нашли кучу улик. И что из этого? – ответил убийца вопросом на вопрос. – Ничего не вышло? И не выйдет. За какую вы ниточку ни хватайтесь, я обрежу ее раньше, чем вы размотаете клубок. Попробуйте проверьте. А я посмеюсь! – Палач положил трубку.

– Ну, что? – Гуров обернулся к Марии. – Засекли?

– Да, – кивнула Строева. – Телефонный автомат на Сосновой аллее. Опергруппа умчалась. Дежурный все еще на линии. Возьми трубку и постарайся больше не делать из меня секретаршу.

– Не секретаршу, а соратника, – сыщик поцеловал жену в щеку. – Что в этом плохого?

– А что будет хорошего, если я попрошу тебя сыграть в театре роль за меня? – поинтересовалась Мария и освободилась из объятий мужа. – Вот и из меня никудышный сыщик. Бери трубку и заканчивай свои дела. Я пойду готовить тебе завтрак.

Гуров поблагодарил дежурного за помощь и отключил телефон. Не было никакого смысла держать его на линии, пока опергруппа добирается до телефона на Сосновой аллее. Во-первых, потому, что у нас оперативники еще не научились прибывать на место преступления так быстро, как это показывают в кино. А во-вторых, более чем вероятно, что Палач прибыл туда на машине. И сейчас спокойно едет где-нибудь по Иваньковскому или Волоколамскому шоссе.

Сыщик положил трубку и пошел в ванную готовиться к новому рабочему дню. Пока Гуров умывался и брился, он прокручивал в голове последний разговор с убийцей. Информация о найденных вчера вещдоках никуда не пошла. Эксперты обработать их не успели – было слишком поздно. А Палач об уликах знал.

Из этих двух разговоров с убийцей следовало два взаимоисключающих факта. В первом случае эксперты о Смертине ничего не знали. Во втором – никто, кроме экспертов, об уликах не догадывался. Только Гуров и Крячко знали о них. Даже Гойде пока ничего не было известно.

Вывод напрашивался единственный. Тот самый, который поначалу сделал Гуров, а потом отмахнулся от него, полагаясь на свою интуицию. Информатор убийцы был где-то рядом. И как Гуров ни пытался скрыть информацию, все видел и слышал. Или почти все!

Теперь Орлова можно было успокоить. Поскольку необходимость опасаться утечки информации с этой стороны совершенно отпала. Гуров был прав, когда установил слежку за Субботиным и Барановым. Сыщик очень надеялся на то, что такая мера принесет хоть какие-то плоды. Хотя и это утверждение не было аксиомой. Информатор мог передавать данные по телефону, возможно, даже не подозревая, кому их отдает.

– Лева, ты не уснул там? – прерывая размышления Гурова, раздался за дверью ванной голос Марии. – Выбирайся на свет божий. Там твоя трубка надрывается.

– Милая, ответь, пожалуйста, – сыщик с удивлением заметил, что до сих пор не сделал ни одного движения бритвой по подбородку, а пена на лице уже начала высыхать. – Это наверняка дежурный. А я весь в мыле. Побриться еще не успел.

– Хорошо, но вечером будешь отрабатывать за мои услуги, – Мария постучала по двери. – В пос-те-ли!

– Если только меня сегодня не убьют, – пошутил Гуров.

– Типун тебе на язык! – Строева стукнула по двери кулаком. – Брейся быстрей. Завтрак уже стынет.

Гуров добриться так и не успел. Едва он снова намылил подбородок, как Строева заколотила кулаком в дверь ванной. Испуганный сыщик открыл ее только для того, чтобы без слов получить в руки трубку сотового телефона. Пожав плечами, Гуров осторожно поднес ее к намыленной щеке.

– Гуров слушает, – произнес он, стараясь не измазать трубку пеной.

– Лев Иванович, я по поводу вашего утреннего звонка, – голос дежурного звучал несколько взволнованно. – Опергруппа добралась до того телефона, откуда вам звонили.

– И что они там нашли? – немного иронично поинтересовался сыщик. – Следы пророка?

– Нет, следов они не нашли… То есть следов там, наверное, много, – не понял шутки дежурный. – В общем, Лев Иванович, около телефона стоит вишневого цвета «Ауди». А в ней труп голой девушки. Со следами ожогов по всему телу.

– Свяжись с опергруппой. Прикажи им отойти от машины подальше и оцепить участок, – быстро приказал Гуров. – Пусть до моего приезда никого туда не подпускают и сами ничего не трогают! Я выезжаю.