Гуров вновь вернулся к реальности, услышав громкие удары по пустой кастрюле. Теперь он уже был в яме до подмышек, что отметил с неожиданным удовольствием. Получив по коробке быстро развариваемой лапши, одноразовой ложке и черпаку кипятка из общего бака, Гуров и Крячко сели на валежине, размешивая свой не самый изысканный обед.

– Вот такую хреновину в народе прозвали бомж-пакетами, – со знающим видом сообщил Стас. – Сейчас даже в магазине так и говорят – дайте мне вон тех и вон тех бомж-пакетов.

– Ну что, – Гуров резко сменил тему разговора, – половину дня мы здесь отбыли. Пока ничего интересного.

– Вижу, – сразу же поскучнел Стас. – Ну, давай сегодня и завтра. А там посмотрим.

Свою яму Гуров закончил рыть гораздо раньше намеченного.

– Молоток, – одобрил его усердие охранник, судя по всему, совмещавший в себе нормировщика и контролера других охранников. – Ну, отпустить тебя до срока я не могу. Да и сидеть будешь – мне нагорит. Там вон вчера откопали вход в подвал. Правда, он того гляди завалится. Но ты без суеты стены потихоньку простукай. Если есть какие пустоты – сразу мне доложишь.

По кое-как очищенным от земли ступенькам Гуров спустился в устроенное на большой глубине сводчатое помещение. Стоя на пороге, он осматривался по сторонам, дожидаясь, пока глаза немного привыкнут к темноте.

– Эй, мужик, фонарь возьми! – окликнул его охранник, стоя наверху у входа в шурф.

Взяв электрический фонарик, он обошел обширный подвал, со стенами и потолком, выложенными из камня. Из стен кое-где торчали ржавые кованые петли, с которых свисали на пол толстые цепи и загнутые кверху крюки. Гуров осмотрел потолок, покрытый сеткой трещин. Но он вроде бы обрушиваться не собирался. Гуров добросовестно простукал стенки большим деревянным молотком. Когда он закончил, сверху снова раздался стук в кастрюлю – рабочий день закончился. Пройдя через все ту же процедуру досмотра, Гуров и Крячко подошли к старшему охраннику, который, что-то отмечая в бумажке, выплачивал заработанное.

Получив свои пятидесятирублевки, Гуров и Крячко отошли в сторону, наблюдая за остальными. В этот день повезло сизоносому. Он получил, помимо полтинника, еще и двадцать долларов премии за то, что нашел вход в еще один подвал. Приятели переглянулись – похоже было, что здешние недра и впрямь хранили немало тайн. Когда они направились домой, вместе с ними пошли еще трое.

– Вы в деревне остановились? У кого? – изображая из себя крутого бывалого удальца, спросил плотно сложенный рыжеватый тип в тельняшке.

– У тетки Агафьи, – сдержанно сообщил Гуров. – А что, остальные живут не в деревне?

– Еще чего не хватало! – гоготнул удалец. – За проживание надо платить, а тогда на выпивку не хватит. Вот они неделю живут в шалашах, потом дня три оттягиваются, потом опять идут вкалывать. В деревню уходят или местные, или кто себе бабу нашел.

– А ты местный или квартируешь? – поинтересовался Стас.

– Квартировал, теперь стал местным. А что? Бабенку себе работящую присмотрел, пашет от зари до зари, все вовремя и постирает, и сготовит, и скотину уберет, и огород прополет. А он соток сорок, не меньше! И ничего, ходит всегда свеженькая, подчепуренная… Одно с ней только трудно – уж больно до этих дел охоча. Как вечер, так спуску никакого… А ведь надо еще и соседок обслужить. Они же тоже живые люди!

– А жена-то как к этому относится? – усмехнулся Гуров.

– Да ну как-как? Побурчит и угомонится. Кстати, на вас, поди, уже тоже очередь образовалась. Мужиков-то здесь – сами видите, с бору по сосенке. Да и те, что есть, уже никуда не годятся. Так что ждите гостей, – подмигнул он.

Проходя по улице, у одного из дворов приятели увидели пожилого мужчину, которого назвать стариком едва ли могло бы показаться уместным.

– Евсею Данилычу – доброго вечера! – помахав ему рукой, как старому знакомому, крикнул Стас.

– Добрый вечер! – кивнул и Гуров.

Евсей Данилович приподнял за козырек старинный картуз и слегка поклонился.

– Как работается, молодые люди? – ненавязчиво, скорее из вежливости, поинтересовался он.

– Да ничего, нормально. Кстати, Евсей Данилыч, – направившись к старику, многозначительно ухмыльнулся Крячко и заговорил вполголоса: – Вот мой хороший друг сомневается, что библиотека в монастыре действительно есть. Что вы скажете на это?

– О-хо-хо… – Евсей Данилович сокрушенно вздохнул. – Есть она, есть. Скоро и сами ее увидите. Только в недобрых руках она окажется. А вы ребятушки, стерегитесь… Ой, стерегитесь! Живы-то, может, и останетесь, но уж лиха – через край хлебнете.

– Евсей Данилович, – сдержанно улыбнулся Гуров, – вы хотите сказать, что с нами что-то обязательно случится?

– Я никого ни в чем никогда не уверяю, – старик слегка нахмурился. – Вот племяшу моему, Леньке, ходить по земле осталось совсем недолго. Он тоже там работает. Шел сейчас с вами в деревню.

– Это сутулый такой, седоватый? – спросил Гуров. – Так, может, его предупредить? Пусть эти дни сидит дома?

– Бесполезно, – старик махнул рукой. – От судьбы не уйдешь. Ну, будьте все здравы! – И старик скрылся во дворе.