– Отче наш, иже еси на небеси, помилуй нас грешных, помоги отсюда выйти, Господи! – Еще раз перекрестившись, он решительно прыгнул в воду.

Гуров остался один. Он чувствовал, как тяжело стало дышать. Спертый воздух, почти лишенный кислорода, пустым балластом заполнял легкие. И эти страховочные несколько глубоких вдохов едва ли могли обогатить организм достаточным запасом живительной свежести. Уйдя под воду, он уже на полпути к выходу почувствовал, как невыносимо хочется вдохнуть. Отчаянно цепляясь руками за шероховатости стен, он сильными рывками бросал свое тело вперед, к свету, к огромному, безграничному океану воздуха… У Гурова уже начало темнеть в глазах, когда он наконец, оттолкнувшись в последний раз, вырвался на поверхность небольшого озера, со всех сторон окруженного лесом.

С неизведанным до сей поры наслаждением он глубоко вдохнул и, стоя по горло в воде, никак не мог надышаться.

– Лев Иванович! – Смеясь, Стас помахал ему с берега рукой. – Выбирайся. Что стоишь?

– Все добрались? – Шагая к берегу, Гуров смотрел в бесконечную небесную высь и ощущал страшную усталость. Он все дышал и дышал, дивясь тому неописуемому наслаждению, каковое даровало то, что совсем недавно воспринималось как заурядная обыденность.

– Да вот Димку, что перед тобой был, никак в чувство не приведут.

– Блин! – Гуров, преодолевая усталость, выбежал на берег и увидел сизоносого, который лежал на земле без признаков жизни.

«Удалец», сгибая и разгибая руки, пытался сделать ему искусственное дыхание. Белобрысый отчаянно шлепал сизоносого по щекам. Но тот ни на что не реагировал.

– Ну-ка, отойди! – Гуров отодвинул «удальца» в сторону и, перевернув сизоносого лицом вниз, приподнял его, подхватил под бедра. Резко надавив на живот, он встряхнул утопленника, и тут же у того изо рта и носа хлынул поток мутной воды. Снова опрокинув сизоносого на спину, Гуров пощупал пульс на шее.

– Прощупывается, – кивнул он. – А вот теперь – искусственное дыхание.

Но сизоносый Димка вдруг сам слабо и неуверенно сделал вдох и открыл глаза. Он смотрел по сторонам, словно видел стоящих подле него людей впервые в жизни.

– Хорошо нахлебался! – удивленно отметил Стас. – И как раз на самом выходе из лаза. Хорошо, мужики по бокам стояли, успели выдернуть на поверхность.

– Димка, ты как, оклемался? – Белобрысый потряс его за плечо.

– Где я? – Димка попытался сесть, но у него не получилось.

– В раю, – пожал плечами «удалец». – Говорю без смеха – это и в самом деле рай, если сравнить с тем адом, где мы только что были. Эх, Сутулый, Сутулый…

– Ой, где я был, братцы… Знали бы вы, где я был! – В глазах сизоносого сквозили изумление и какой-то непонятный запредельный испуг. – Не приведи Господь туда попасть! Как же плохо, как неправильно мы живем. И как жалко, что узнаем об этом, когда уже и жизнь наполовину позади, и многого не исправить…

– Надо срочно заявить в милицию! – предложил кто-то из землекопов. – Пусть займутся этими сучарами. Душегубы поганые.

– Милиция уже здесь, – усмехнулся Гуров. – Полковник милиции Гуров, полковник милиции Крячко. Главное управление уголовного розыска.

С минуту все стояли недвижимо, с изумлением глядя на тех, кто совсем недавно походил на обычных бродяг.

– Ничего себе! – «Удалец» озадаченно почесал затылок. – Вот это фокус-покус… Ну что, мужики, мы, я так понимаю, вам жизнью обязаны. Поэтому в порядке взаимности кое о чем, если хотите, проинформирую. Вот этот, с усами ниточкой, которого все звали начальником, он какая-то крупная шишка в московской мафии. Если будете его ловить, то у него в Ярославле есть любовница. Месяц назад он ей купил новую мебель типа супер-пупер. Мы ей в квартиру затаскивали. Значит, живет она на улице Мельничной, дом не помню, но с улицы на первом этаже там магазин «Сады Семирамиды». С другой стороны – подъезды. У нее второй слева, третий этаж, дверь направо, обитая желтой кожей. Да, и еще там кнопка звонка в форме розы. Зовут Зоей. Ну, вот и все, что могу вам сказать.

– Неплохо, – кивнул Гуров. – Это существенно. Ну что, Димку взяли на руки и пошли? Кто местные – указывайте дорогу.

Часа через два приятели вошли во двор бабки Агафьи. Та, увидев их, ахнула и несколько раз перекрестилась.

– Откуда вы такие? Как с того света вернулись! – всплескивая руками, причитала она. – Говорят, что завал там случился и всех землей придавило. Наши бабы бегали туда, а там – никого. Только чьи-то ноги торчат из-под земли.

– Это они «музейщика», твари, сунули в подвал и подорвали его! – негромко пробормотал Стас и с силой стукнул кулаком по ладони. – Создали видимость завала. Понадеялись, что мы не выйдем из подземелья.

– Боже праведный, так, значит, подземелье там все-таки есть? – расслышав его, удивленно спросила бабка Агафья. – А где ж вы из него выбрались?

– Да в каком-то озере, такое круглое, меж холмов, в той стороне, – Гуров через плечо махнул рукой, – есть потайной выход под водой.

– Ой… – опять перекрестилась испуганная старуха. – Это же Русалье озеро. Там сроду никто не купается, не рыбачит, не охотится. Недобрая у него слава. Ну, идите поешьте, я там приготовила.

– А вы нам найдите кого-нибудь доехать до Лампадкина, – попросил Гуров. – Скажите, что мы заплатим.