После возвращения в каюту с постановки задачи на полёты и контроля готовности к очередным лётным сменам, сосед мой, майор Конюхов, объявил, что у него на сегодня запланированы «полёты под шторкой». То есть он заберётся к себе на койку, включит прикроватный светильник, и, задернув штору, будет читать книги, или просто отсыпаться, не реагируя ни на какие команды, кроме, не дай Бог, аварийной тревоги.

Судя по тому, что уже давно не слышно шороха переворачиваемых страниц, он давно уже в царстве Морфея. Почитать явно не получилось. Накопившаяся усталость взяла своё.

Меня немного беспокоила перспектива поработать завтра, болтаясь на баркасе посреди моря, в качестве руководителя полетов в зоне тренировок водолазов-спасателей, контролируя их спуски и подъемы с водной поверхности на вертолет Ка-27 ПС. Особой сложности в этом для себя я не видел. Перед контролем готовности уточнил у подполковника Миронова и командиров экипажей порядок выполнения задания.

Неясных вопросов не осталось, но что-то меня беспокоило, не давало расслабиться и спокойно отдохнуть.

Я встал, немного пошарил по полкам шкафа. Стараясь не разбудить своим шумом Славу, приготовил теплые вещи, перчатки. Взгляд упал на радиостанцию, лежащую на секретере.

Машинально взял ее, включил, проверил настройку частоты и качество заряда аккумуляторной батареи. Привычно прошелся рукой по шнуру, гарнитуре.

— Ну, здравствуй, Старая Знакомая! — прошептал я неожиданно для себя. — Поработаем? Не подведешь?

Радиостанция Р-853М, родная сестра тех, кто не раз выручали меня в горах Афгана, приветливо шипела наушником.

Если бы увидел кто-нибудь меня со стороны, то точно решил бы, что у меня «крыша поехала» — с железкой разговариваю. Немного смущаясь своей нечаянной слабости, проверил крепление антенны, встроенной в наплечный ремень, проверил уровень заряда запасного аккумулятора, привычно заглянул под чехол, куда обычно клал карту.

— Не подведешь! Все у тебя в полном порядке. — Прошептал, снова обращаясь к радиостанции. — Тебе даже место крепления шнура гарнитуры усилили пружиной. Молодец Мартынчук. Не зря интересовался твоими слабыми местами. Послушал моего совета.

Лейтенант Николай Мартынчук на нашем корабле служит командиром группы связи с авиацией в БЧ-4 (боевая часть связи). Мне он нравится своей деловитостью и отношением к службе. Мартынчук прибыл на корабль еще в восемьдесят девятом году, в составе первого экипажа. На авианосце он ветеран. В его интонациях, украинском акценте было что-то отдаленно напоминающее командира моего БТР с бортовым номером 007, прапорщика Адамчук, с которым два лишних месяца мы воевали «за речкой» на знаменитой операции «Магистраль» в составе полка 345 отдельного гвардейского парашютно-десантного полка. Николай пришел на корабль мичманом. Получил заочно высшее образование, ему присвоили сначала звание младший лейтенант, а теперь он уже и до «лейтенанта» дослужил. Хороший специалист, каких мало. Будет всю ночь не спать, но добьется, чтобы к началу полетов связь с авиацией не вызывала никаких замечаний.

Я улыбнулся, невольно вспомнив выражение его лица, когда при получении радиостанции он инструктировал меня, как правильно пользоваться ею, а потом, видимо, вспомнил, кого инструктирует, и стал извиняться:

— Ой, да что это я…, Юрий Станиславович, извините, не я вас, а вы меня, наверное, лучше научите работе с этой станцией. Вы же с такой в Афгане воевали….

— Ничего, Коля, все нормально. Это было очень давно, а лишний инструктаж еще никому не мешал.

— Ага, вас научишь…. А, может, что посоветуете из своего опыта?

Я рассказал ему тогда о некоторых хитростях, к которым прибегали в Афгане связисты и авианаводчики, чтобы сделать работу радиостанции более надежной.

Вещи к завтрашней работе готовы. Осталось хорошенько накремить демисезонные сапоги. Решил, что в туфлях мне будет и холодно, и неудобно, да и ноги замочить можно.

Обувь тоже готова, теперь нужно хорошенько отмыть руки.

Бачок умывальника оказался пустым. Воду подают по кораблю строго по расписанию: в полночь и в семь часов утра. Этого вполне достаточно, чтобы набрать двенадцатилитровый бак умывальника, но на полетах мы живем по расписанию авиагруппы или по плану летной смены, поэтому иногда не успеваем наполнить его вовремя. Так и в этот раз получилось. В подобных случаях выручает НЗ (неприкосновенный запас) — пластиковые бутылки из-под минералки, своевременно наполненные питьевой водой.

Кое-как отмыл руки. Самому было неудобно, а Славу будить не хотелось, и тут осенила мысль: а не соорудить ли умывальник — дачный вариант.

Повозившись несколько минут, отошел полюбоваться своим «творением». Неплохо получилось: низ двухлитровой пластиковой бутылки аккуратно взрезан, чтобы, отогнув часть бывшего дна можно было заливать воду, в пробитые дырки вставлены крючки со шкафа и вот это достижение цивилизации двадцать первого века уже висит вниз пробкой на этих крючках, зацепленных за ручку ящичка для туалетных принадлежностей. Пробку немного отвинчиваешь и… хоть руки мой, хоть умывайся.