— Нет! — Он почти кричал.

Фиона сощурила глаза:

— Дугал, это мой дом…

— И мой, — невозмутимо добавил Джек. Дугал послал ему убийственный взгляд. Фиона фыркнула:

— Я хочу, чтобы мисс Макфарлин осталась. Значит, она останется.

София вскинула подбородок:

— Очень жаль, что мой визит вам столь неприятен. Но я уже приняла любезное приглашение вашей сестры.

Если она останется, ему, возможно, недостанет сил отпустить ее. Будь все проклято. Это нечестно!

За окнами серое небо почернело. Где-то вдалеке прокатился раскат грома. София посмотрела в окно и побледнела еще сильнее.

— Господи, только не это, — пробормотал Джек. — Мы рискуем утонуть.

— Дугал, — резко приказала Фиона, — следи за собой.

— Я и слежу.

София недоверчиво хмыкнула, и он снова взглянул на нее. Это было ошибкой. Теперь он жадно смотрел на ее полные, презрительно надутые губки. Губы, которые он целовал, и которые страстно целовали его, когда он опрокинул ее на стол, в едином порыве с грохочущей за окном летней грозой. Тело немедленно воспламенилась. Язык больше ему не повиновался. Больше он не скажет ни слова, пока не утолит снедающую его безумную жажду.

Дугал повернулся и направился к выходу. Фиона крикнула:

— Куда ты?

Он даже не оглянулся.

— Прогуляться верхом.

— Но ты только что вернулся!

— Знаю, черт возьми.

— Вернешься к обеду? — крикнула вслед Фиона.

Дугал не дал себе труда ответить. Выскочил из дома с непокрытой головой, изо всех сил хлопнув дверью.

Над головой неслись грозовые тучи, но ему это было безразлично. Сам мрачнее тучи, он скакал по полям как одержимый, словно все силы ада гнались за ним по пятам.

— Вот и ты наконец!

Дугал обернулся. В переднюю вбежала Фиона, одетая в розовое платье. Шелковые складки разлетались вокруг ее слегка располневшей фигуры. После рождения сына сестра немного поправилась. Впрочем, Джек, казалось, ничего не замечал, или ему было все равно.

Дугал вдруг почувствовал, что завидует Фионе и Джеку. Их связывала истинная любовь, которую нечасто встретишь. Они принимали друг друга такими, как есть. В их отношениях не было места обману или притворству.

Дугал вздохнул, когда сестра оглядела его с ног до головы.

— Ты насквозь промок! Обед через полчаса. Нам придется тебя дожидаться.

— Тогда начните без меня. — Он сбросил промокшую куртку на руки ожидающему лакею.

Фиона взглянула на бесстрастное лицо лакея, потом взяла брата за руку и потащила в пустую гостиную. Плотно закрыла за собой дверь.

— Я ждала не один час, так что изволь объясниться. Я это заслужила. Кто эта София и что у нее за важное дело?

— Прежде всего, объясни, зачем ты пригласила эту женщину остаться у нас.

Фиона скрестила руки на груди. Впрочем, при ее малом росте жест нисколько не выглядел угрожающим.

— Я пригласила мисс Макфарлин, потому что вижу — между вами что-то есть.

— И этого я хотел бы избежать.

Заинтригованная Фиона молча рассматривала брата.

Затем спросила:

— Будь добр, объясни, что ты имеешь в виду?

— Нет.

Она поджала губы.

— А если я назову следующего сына в твою честь?

Дугал удивился:

— Джек будет недоволен.

Фиона озорно улыбнулась:

— Конечно. Вот почему я подумала, что для тебя это славная приманка.

— Неужели ты сдержишь обещание?

— Да, — твердо заявила сестра. Дугал провел рукой по мокрому лицу.

— Фиона, я вымок до нитки. Если хочешь увидеть меня на обеде в пристойном виде, мне пора идти.

Она вздохнула:

— Хорошо. Все равно ты мне ничего не расскажешь. — Она открыла дверь и позвала лакея. — Приготовьте ванну для лорда Маклейна. Немедленно.

— Да, миледи. — Лакей поклонился и вышел.

— Дугал, я задержу гостей в библиотеке, но ненадолго. Так что поторопись, иначе все остынет.

— Я вымоюсь быстро — раз, два и готово.

Когда он скакал, одержимый яростью, под проливным дождем, он не замечал холода. Теперь, стоя в передней, он чувствовал, как его сотрясает озноб.

— Не знаю, зачем стараюсь, — грустно сказала Фиона. — Вот расплата за то, что я тебя жалею.

— Жалеешь?

— Да, мне жаль тебя. Только глянь на себя в зеркало! Что за унылое лицо? А теперь — бегом к себе. Будь готов к обеду. Да не опаздывай.