— Она не может быть и волком, и тигром, — заявил Криспин.

— Ты себе даже представить не можешь, — ответил ему Джейсон.

Криспин повел носом мне вдоль шеи, щекоча шерстью, почти прихватывая. У меня от этого мурашки побежали по коже, тело внизу резко среагировало — совсем не страхом. Волчица забегала резвее, тигры пустились за ней, не слишком близко, но приближаясь. Единственное, что отличало ситуацию от полного бардака — лев и леопард еще прятались. Но и без них все получалось жуть до чего плохо.

— Анита, надо питать ardeur, прямо сейчас. Отчасти поэтому все так неправильно.

— Мы его питали перед вечеринкой.

— А судя по твоим действиям, нет. Ты ведешь себя так, будто его снова нужно кормить.

Я отодвинулась от них обоих, пытаясь вдохнуть что-нибудь, что не пахло бы животным. Господи, такое чувство, будто мне нужен кто-то совсем не мохнатый, чтобы успокоить сегодня зверей.

— Всякий, кто приезжал из Сент-Луиса после большого собрания, только и твердил, что про ardeur. Что ты должна питаться сексом, как настоящий суккуб. Я думал, это просто слухи — а это, оказывается, правда?

Я встала на четвереньки, гадая про себя, способна ли я выпрямиться, решила, что способна, и попробовала. Слегка пошатывало, но стоять можно было. Подальше от оборотней мои звери стали двигаться медленнее, но не ушли. Остались где-то позади сетчатки, как сон наяву.

— Если это правда, — сказал Криспин, — я готов помочь любым способом, который тебе будет нужен.

Я замотала головой, не глядя на него.

— Спасибо, я обеспечил решение этого вопроса, — ответил ему Джейсон.

— А мне кажется, что нет.

У меня за спиной раздалось низкое рычание, и это вряд ли был Криспин.

— Пошел вон!

— Вряд ли ты победишь, если дело дойдет до драки, — спокойно сказал Криспин.

— Вот что, тигр: внесем ясность. Я тебе благодарна за помощь, но не угрожай Джейсону. Он мой друг, мой любовник и ротте de sang моего мастера.

— Он хочет меня выставить, но я ощущаю твоего тигра, Анита. Ощущаю, он не ушел. А здесь миль на сто в любую сторону единственный тигр-оборотень — это я. Я тебе сегодня нужен.

— Его волк тоже мне нужен.

Наконец я обернулась и посмотрела на них. Джейсон стоял, но тигр остался на полу. Откатился от мокрого пятна, которое мы оставили на ковре, но лежал больше в кошачьей позе, нежели в человечьей. Это поза не была ни капли эротичной, будь он котом, но он же не кот. И никакое количество меха не могло изменить его сути.

— Я чую волка, но как ты можешь быть одновременно и волком, и тигром?

Я снова покачала головой:

— Долго рассказывать.

— Анита, надо кормить ardeur, — напомнил Джейсон.

— Я знаю, но стоит мне к тебе придвинуться, Джейсон, как волк становится сильнее.

— Я помогу, — предложил Криспин.

Я посмотрела на него в упор, что его ничуть не смутило.

— На тебя реагирует тигр. Не знаю я, что сегодня такое.

— Я тебя привел в номер, где сексуальное напряжение висело в воздухе, хоть топор вешай, — сказал Джейсон. — Мы оба знаем, что это может сильно напрячь ardeur или тебя. Я хотел увидеть девушек, хотел пофлиртовать с ними и чтобы они со мной, и забыл свой долг. — Джейсон покачал головой. — Вы с Жан-Клодом доверили мне о тебе заботиться, и я не справился. Надо опять тебя кормить. Надеюсь, что после этого звери успокоятся.

— Кстати, — спросил Криспин, — что это за фигня такая с твоим ожерельем?

Я посмотрела на висящий на цепи амулет. Узор снова потускнел, стал почти неразличим. Но у меня в мозгу горел его образ, который уже никогда не забыть.

Криспин встал на четвереньки и пополз ко мне — грациозными движениями, которыми они умеют даже в этой, или даже в человеческой форме. Вроде говорят: «У меня есть мышцы там, где у тебя нету». Просто в этой вот форме такие движение сильнее настораживают.

— Ближе не надо, Криспин, — предупредила я.

— Ты ее слышал. — Джейсон встал между нами.

Криспин глухо зарычал — и от этого звука среагировало мое тело и сексом, и тиграми, столпившимися за спиной волка. Без драк, подумала я как можно громче. Когда звери во мне дерутся, это дико больно.

— Прекратите оба! У меня сейчас серьезные проблемы и с волком, и с тигром. Не надо их усугублять.

— Тогда прекрати меня призывать, — сказал Криспин.

— Я не призываю.

— Призываешь.

Он сел на корточки, свесив руки между колен, так что хотя бы прикрылся, и я могла на него смотреть, не боясь случайно взглянуть в пах. Стараюсь не смотреть на гениталии незнакомых мужчин. Просто из вежливости, наверное. Или из застенчивости.