– А куда скажешь.

– А куда я скажу?.. Э-э, что ты там насчет рынка говорил? Ну, что место отличное…

– Хорошее, говорю, место. Москва рядом, людей много, особенно по выходным. Да и в будни тоже неплохо все идет. Смута на рынке была, покупателей всех разогнали, но сейчас вроде ничего, налаживается все. Порядок на рынке нужен. Железный. И еще торговые ряды под навес надо поставить. Сегодня дождь был, всех людей разогнал… Но это все так, мысли вслух.

– Ничего, продолжай. Мне нравится. Мне вообще на эти темы нравится говорить. Я же будущий экономист…

– Все женщины в душе экономисты, – усмехнулся он. – Все умеют деньги считать.

– И тратить, кстати говоря, тоже, – улыбнулась она.

– Тратить мужчина должен. На свою женщину. Зарабатывать и тратить.

– В этом ты абсолютно прав. Только не все умеют зарабатывать.

– Я учусь.

– Мне кажется, у тебя это неплохо получается…

В это время к их столику подошел молодой человек в сером в полосочку пиджаке. Игнорируя Спартака, он протянул руку Жанне:

– Разрешите!

Оказывается, с эстрады звучала медленная музыка, и парень приглашал ее на танец. Жанна, похоже, собиралась отказать ему, но вдруг передумала и с улыбкой приняла приглашение. Если бы не шины, Спартак бы с открытым ртом смотрел, как они оба идут к сцене. А так он смотрел с закрытым ртом, что ничуть не лучше.

Впрочем, Жанна вернулась еще до того, как отзвучала композиция. И до того, как он успел приговорить в одиночестве вторую стопку. Села она вплотную к Спартаку, жарко прижавшись к нему своим бедром. Будто в наказание за то, что она уходила с другим, он положил руку на правую ее коленку. В ответ она чуть отвела в сторону левую ногу, как будто приглашая его в заповедные зоны…

Может, потому она и уходила, чтобы, вернувшись, как бы невзначай сесть впритирку с ним?.. Что ж, это меняет дело. А может, она хотела, чтобы Спартак немного поревновал?.. Ну, и это вполне объяснимо.

Спартак заметил, что парень в пиджаке подошел к музыкантам, что-то шепнул их старшему, сунул ему в кулак деньги. И почти сразу же вслед за этим зазвучала слезная мелодия из «Летнего сада». «Не плачь, еще одна осталась ночь у нас с тобой…»

Вообще-то Спартак рассчитывал на то, что с Жанной у него будет много ночей. Но песня не понравилась ему еще и потому, что парень снова направился к его девушке. Он снова попросил разрешения у нее, но дальше разговаривать ему пришлось со Спартаком.

– Слышь, мужик, ты в каком колхозе воспитывался? У кавалера надо спрашивать!

Парень злобно покосился на него, показал ему спину, но вдруг пружиной вновь повернулся к нему. Впрочем, Спартак был готов к такому маневру. Слишком уж много подлых финтов пришлось ему пережить в прошлом, чтобы попасться в настоящем. Он поймал летящий кулак в ладонь, выкрутил руку и ткнул нахала носом в жюльен.

– С моего стола жрать хотел? Жри!

Затем Спартак отправил парня за соседний стол, откуда он пришел. Противник оказался сильным, в его теле чувствовалась мощь, но со Спартаком он тягаться не мог. И торпедой понесся к своему столу. Правда, полет не удался. Мужик в черном пиджаке поймал своего незадачливого дружка, усадил его в кресло, а сам двинулся на Спартака. Одной рукой этот деятель рванул себя за ворот рубашки так, что полетели пуговицы; другой вынул из кармана нож, из рукояти которого с пугающим щелчком выскочило лезвие.

– Попишу, падла! – визгливо заорал он, махнув ножом перед лицом Спартака.

Но разве матерого уличного бойца такой халтурой напугаешь?

Спартак знал прием, с помощью которого мог выбить нож, но зачем напрягаться, когда на столе шампанское? И когда мужик снова махнул рукой, он ударил его бутылкой по голове. Дождался, когда нож уйдет в сторону, и пустил в ход стеклотару.

Мужик упал, к нему подбежал его побитый дружок. Но Спартак смотрел на них вполглаза. Он подозвал официанта, расплатился с ним за ужин и вместе с Жанной покинул ресторан.

Окно начиналось от самого пола и заканчивалось потолком, стекла начисто вымыты, и поэтому казалось, что, сделав шаг, можно свалиться вниз с двадцатого этажа. А там, внизу шумит ночная Москва, машины несутся под гирляндами придорожных фонарей, люди, будто мураши, копошатся под ногами. И никому нет дела, что Спартак наблюдает за этим хаотичным броуновским движением. Но ведь люди сейчас меньше всего думают о том, что и сам бог в данный момент может наблюдать за ними.

Он, конечно, не бог. Но уже и не простой смертный. Хотя бы потому, что у него есть Жанна. Может, это и не самый удачный показатель успеха, но что есть, то есть…

В дверь постучали. Прибыл курьер из ресторана. Шампанское, водка, фрукты, сырная и колбасная нарезка. Вечер продолжается в интимной обстановке. Разве это не прекрасно?

Люкс в гостинице обошелся в приличную цену, и второй ужин стоил немало, Спартак расплатился за него из последних денег. Но на такси в Репчино ему хватит. А завтра он сам обойдет торговые ряды, тряхнет должников. Разумеется, большая часть денег уйдет на общак, но себя он точно не обидит. Нужно же на что-то покупать золотую оправу для Жанны…