Я глубоко вздохнул и покачал головой:

— Мне очень жаль, Жанна. Очень жаль. В ее смерти виноват Белл. Еще одно убийство на его совести.

На следующее утро, к моему удивлению, меня действительно выписали из больницы. Я сразу позвонил домой и даже успел на самолет в Бостон. Там я пересел на челночный рейс в Вашингтон.

В аэропорту я без труда поймал такси и к семи часам вечера уже мчался на юго-восток, чувствуя, как мое тело заливает теплая волна. В гостях хорошо, а дома лучше. Может, для других это не так, но я всегда знал, что лишь в своем гнезде могу чувствовать себя счастливым.

Такси остановилось перед домом на Пятой авеню, и внезапно я обнаружил, что сломя голову несусь по стриженой лужайке, а потом взлетаю на крыльцо, перескакивая через две ступеньки.

В следующий момент я подхватил на руки маленького Алекса и вскинул его высоко в воздух. Плечо пронзила боль, но я не обращал на нее внимания. Обернувшись, я крикнул таксисту, который усмехался, глядя на нас через открытое окно:

— Сейчас, сейчас! Одну минутку!

— Все в порядке, парень. Можешь не спешить. Счетчик все равно работает.

Я увидел Нану, которая вышла на улицу вместе с моим младшим сыном.

— Что случилось? — прошептал я. — Объясни мне.

— Али живет у нас, — спокойно ответила она. — Его привезла сюда Кристин. Она снова передумала. Кстати, оставаться с нами она тоже не намерена. Представляешь? Али переехал насовсем. Он дома. А ты?

— Я тоже дома, Нана, — произнес я и посмотрел в прекрасные глаза сына. — Я дома, Али. Обещаю.

А я всегда держу свое слово.